Он мягко оттолкнул ее к перилам, чтобы лечь ей на колени. Он повернулся к ее животу, чтобы вдыхать ее запах и не смотреть на моразирскую клятву. Лаки издал недовольный звук, но отполз в сторону, чтобы Айрик мог вытянуть ноги.

— Для тебя здесь тоже есть место, — сказал он, укладывая хвост Лаки между ними.

Нора рассмеялась, запутавшись пальцами в его волосах, а затем пригладила их, убирая с его лица. Ее мышцы под ним расслабились, и она снова начала тихонько напевать — ей это нравилось. Может быть, он отрастит волосы подлиннее для нее, если она захочет.

Долгое время она делала это, и маленькие овалы ее ногтей, скользящие по коже его головы, погружали его в абсолютное блаженство.

Вейнари не отнимут это у меня. Я оставлю ее себе. Я всё исправлю.

Глава 52

НОРА

Нора долго смотрела на Айрика, пропуская его шелковистые волосы сквозь пальцы. Его глаза уже какое-то время были закрыты, а дыхание перешло в глубокий, ровный ритм.

Она пыталась запомнить тяжесть его веса на своей груди. То, как его правая рука сжимала ее косу даже во сне. Как его дыхание горячо растекалось по ее коже с каждым выдохом.

Всё это скоро у меня отнимут.

Поперек его спины тянулись серые полосы — царапины с того момента, как он закрыл ее от секс-бота. Лаки заскулил рядом с ними, переворачиваясь на другой бок; его забинтованная лапа глухо стукнулась об пол.

Она вздохнула, затем повернулась, чтобы взять флягу с водой, лежащую рядом.

Может быть, для них так будет лучше, если их у меня отнимут. Я не очень хорошо умею заботиться о тех, кого люблю.

Это слово — даже просто мысль о нем — сработало как триггер.

Боль ударила резко и внезапно, глубоко в груди. Кожа мгновенно покрылась холодным потом.

Ох, блядь. Только не здесь.

Ее кулак намертво сжал волосы Айрика, реагируя на абсолютную безысходность и на всё то, что еще могло пойти не так в ее жизни. Айрик издал звук — всё еще спящий, но пытающийся ослабить напряжение от ее хватки.

Я в порядке… это не смерть. Я… я больше не хочу этого делать. Я в порядке. Я в порядке.

Но Айрик не будет в порядке. Она эгоистично заставила его трахнуть ее, зная, что позже он за это поплатится. Как мог мир, владеющий генной инженерией и бороздящий космос, не узнать, трахались ли двое людей? Они наверняка смогут как-то это проверить. Что, если его девственность была частью его силы? Что, если его вид при спаривании теряет что-то критически важное для выживания? Что, если он отдал ей какую-то важную часть себя, когда наполнил ее своей спермой, независимо от того, заслуживала ли она ту магию, которая в ней несомненно содержалась? Что, если…

Лаки издал тихий звук, просыпаясь, и потерся о ее бок.

Не в силах поднять руку, чтобы успокоить его, она смогла выдавить лишь:

— Ух…

Он приподнялся на своей единственной здоровой задней лапе, чтобы положить передние ей на грудь. Он начал урчать так громко, что казалось, вибрации сотрясают ее легкие.

— Спасибо, — прошептала она, заставляя свою руку погладить его. — Я в порядке. Это… иногда случается.

Она почувствовала на щеке горячий палец. Айрик повернул голову; его глаза всё еще были полуоткрыты.

Улыбнувшись, она попыталась заговорить, но всё, что вырвалось наружу, — это неловкий смех, за которым последовал болезненный вздох.

Он резко сел, окинув ее быстрым взглядом с ног до головы. Когда стало ясно, что она не сможет ничего объяснить, он быстро затащил Нору к себе на колени, взял ее лицо в ладони и вгляделся в ее глаза. Его сильные руки обвили ее, заземляя, вытягивая из черного шума, громко звенящего в ушах.

— Ты потеешь, черанна. Что с тобой происходит? — Он прижал ее к своему телу так, словно боялся, что иначе она исчезнет.

Он проследил за ее взглядом, устремленным на флягу с водой. Айрик сорвал крышку зубами, а затем поднес горлышко к ее рту. Она жадно пила; прохладная вода наполнила желудок.

Лаки забрался к ней на колени, и хотя он был слишком велик, чтобы поместиться там целиком, его вес еще глубже вдавил Нору в тело Айрика.

Всё, что они делали с тех пор, как добрались до города, — это ели, отдыхали, целовались и трахались. Им больше ничего не оставалось, кроме как ждать, и после столь долгого пути отдых был вполне заслуженным. Но это не должно было ощущаться так хорошо.

Она открыла рот, чтобы сказать это. Что она не сделала достаточно, чтобы заслужить это. Что она должна была умереть. Гораздо раньше, чем случилась авария на этой планете. Что с ней должно было случиться так много всего, но только не влюбл…

Нет. Это не могло быть этим словом. Не так быстро и не так абсолютно.

Как будто он был создан специально, чтобы она могла к нему прижаться. Отдавал ей всё и ничего не просил взамен. То, в чем она нуждалась всю свою жизнь. Даже когда у него еще не было всех нужных слов, он знал, как ее любить.