Вынырнув на поверхность, я аккуратно кладу его лишенную кисти руку на камень и принимаюсь искать среди сокровищ что-нибудь подходящее для ноши. Эта темная отрава причиняет боль сильнее, чем все остальные его части, и я не понимаю, то ли дело в том, что это одна из последних недостающих деталей, то ли мое тело просто слишком ослабло. К счастью, я обнаруживаю мешок, набитый золотом и бесценными драгоценностями, и уже собираюсь высыпать их, как вдруг замираю. Если судить по количеству костей на дне, сотни смельчаков до меня пытались похитить это богатство и погибли. У меня нет жажды наживы, но если Незнакомец сдержит обещание, нам с Кейдом понадобятся деньги. Поэтому я укладываю его руку поверх богатств, а затем снова скольжу в ледяную воду озера, чтобы вернуться к наземным лугам.

У меня уходит остаток дня и часть ночи на то, чтобы выбраться из Митте Мидаги, но когда я наконец нахожу свою лошадь, то едва держусь на ногах. С тихим торжеством я забрасываю мешок сокровищами в повозку, и в этот момент в моей голове раздается смех Незнакомца.

— Отлично справилась, дитя мое. Превосходно.

Конец

СЕЗОН ЖАТВЫ, ЦИКЛ 78920

Кейд помог мне надеть свою рубашку взамен истлевшего платья, и, когда он натянул штаны, мы начали спускаться с крыши. При сходе на землю сердце наполнилось уродливой тоской. Мысль о том, что в брачную ночь мне придется прощаться с мужем, наполняла меня ужасом. Мне так хотелось свернуться калачиком под простынями, прижавшись раскаленной кожей к его великолепному, обнаженному телу, заснуть в его объятиях и встретить рассвет вместе, но он и так пробыл здесь слишком долго. Да и что такое три дня по сравнению с целой жизнью? Я могла бы продержаться три дня, а затем началась бы моя настоящая жизнь. Я стала бы женой Кейда, матерью наших детей, женщиной, которая сама вершит свою судьбу и приносит клятву верности богу по собственной воле.

Мы добрались до моего окна, и, когда Кейд помог мне забраться в комнату, я увидела ту же боль в его глазах. Мой новый, прекрасный муж поднял руку и нежно коснулся моей щеки, а я прижалась к его ладони.

— Через три дня я приду за тобой, несмотря ни на какие препятствия, — успокаивающе произнес он. — И тогда я больше никогда не отойду от тебя. Клянусь.

— Я люблю тебя, — прошептала я сквозь слезы.

— Мне никогда не надоест слышать эти слова. — Он улыбнулся, шагнул ближе, так что мы оказались грудь к груди, и мне пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Сколько бы раз я ни смотрела на вора, его красота каждый раз вышибала у меня воздух из легких.

Кейд приложил вторую ладонь к моему подбородку и подался вперед для поцелуя, но прежде чем наши губы успели соприкоснуться на прощание, наш мир взорвался.

Дверь распахнулась с такой силой, что разлетелась в щепки. Петли вырвало прямо из стены, и прежде чем я успела осознать происходящее, Кейд оттолкнул меня за свою спину, раскинув руки, как щит. Страх пронзил меня насквозь, и я с оцепенелым ужасом наблюдала, как в комнату врываются стражники.

Только это были не стражники. Это были солдаты, чью форму невозможно было спутать ни с чем. Служители Валки, а раз здесь его приспешники, значит, за ними придет смерть. Кейд вдарил меня в стену, пытаясь вытолкнуть в окно, но солдаты двигались слишком быстро. Десять человек наводнили мою внезапно ставшую крошечной спальню прежде, чем мы успели сделать и два шага назад.

Они молча схватили Кейда, когда он попытался заслонить меня собой. Он отбивался, лягался и яростно сопротивлялся, разбив губу одному солдату и сломав нос другому, прежде чем они смогли его скрутить. Четырем мужчинам пришлось удерживать сильного человека, которого я называла своим, но его гнев из-за собственного пленения не шел ни в какое сравнение с тем диким зверем, в которого он превратился, когда двое солдат вцепились в мои руки.

— Уберите свои проклятые богами руки от нее! — закричал Кейд, рванувшись вперед. Он был настолько силен, что двое солдат выронили его, а остальные пропахали ногами по полу, когда он бросился ко мне, но оставшиеся четверо тут же бросились на помощь — и уже все восемь человек изо всех сил старались удержать моего мужа.

— Отпустите ее, или клянусь Варасом, я вас убью! — Он ударил головой стоявшего перед ним мужчину, и тот, невысокий солдат, рухнул на пол. Я никогда прежде не осознавала, насколько высок и силен Кейд, насколько опасным может быть вор, которому я доверила свою жизнь, пока не увидела это своими глазами. Восемь обученных самим Воином солдат едва справлялись с ним — их жестокость не шла ни в какое сравнение с яростью мужа.

— Заткните его, — прорычал солдат, державший меня, и один из подручных Валки со всего размаху врезал Кейду по лицу, так что в воздухе брызнула кровь.

— Перестаньте! — закричала я, отчаянно вырываясь из рук похитителей. — Не трогайте его, умоляю.