Когда мои кости обратятся в пыль, устилающую землю, я все равно буду хотеть тебя.

— Элскере не защитили нас, — возражаю я. — Наш брак продлился всего несколько часов.

— Но они защитили вашу связь. Она не разрушилась. Именно поэтому ты всегда находишь его.

Когда мои кости обратятся в пыль, устилающую землю, я все равно буду хотеть тебя.

Я беззвучно шепчу его имя, зная, что оно никогда не сотрется. «Я найду его».

— И боги брака укажут тебе путь.

Я приоткрываю рот, чтобы ответить, но тростник впереди внезапно колышется, и я замираю. Это был не ветер. В траве кто-то есть. Некто огромный. Некто быстрый, и это нечто несется прямо туда, где стою я.

Глава двенадцатая

Скрытый хищник устремляется ко мне, и я заставляю свои ноющие ноги бежать. Тварь движется слишком быстро, чтобы от нее можно было удрать, но боги свидетели — я отказываюсь становиться легкой добычей. Я почти ничего не ела последние несколько дней, силы иссякают, а шрам на бедре отчаянно ноет, но шуршание за спиной заставляет меня прибавить шагу. Мои горящие легкие, однако, не выдерживают такого темпа. Грязь засасывает стопы, а тростник бьет по конечностям. В этих бескрайних зарослях любое направление кажется одинаковым. Я не знаю, куда бежать, а невидимый хищник все ближе. Все ближе. Все ближе. И вдруг трава замирает.

Паника заставляет меня резко затормозить. Создавалось ощущение, будто преследователь растворился в воздухе, и я пытаюсь унять дыхание настолько, чтобы расслышать хоть какое-то движение, но слышу лишь собственный грохочущий пульс. Страх был жесток, когда я видела движения монстра, но эта тишина пугает куда сильнее. Он может быть где угодно, выжидая, пока я совершу ошибку.

Я боюсь, что мой выдох заставит траву зашелестеть и выдаст мое местоположение, пока я всматриваюсь в пустоту. Я не двигаюсь, но и оно тоже. Жертва и хищник замерли в патовой ситуации, и всего одна неверная ошибка решит, кто из нас кто.

Еще одно скользкое тело обвивается вокруг моей щиколотки, и с моих губ срывается сдавленный шипящий звук, прежде чем я успеваю зажать рот рукой. Трава слева от меня шевелится, и я срываюсь с места, мысленно ругая себя за слабость. Я слишком истощена, чтобы обогнать чудовище, но позволить ему поймать меня нельзя. По грохоту его шагов я понимаю, что оно превосходит меня размерами по меньшей мере втрое. Это бой, в котором мне не победить.

Моя лодыжка подворачивается, и я со стоном падаю в болотистую воду, а грязь забивает рот, когда лицо ударяется о землю. Я отчаянно пытаюсь встать, но жижа намертво засасывает мои руки и ноги. Я снова падаю, ударяясь грудью о землю со смачным шлепком, и существо резко меняет направление, устремляясь на этот звук.

Я судорожно шарю вокруг в поисках хоть чего-то, кроме мокрых травяных корней, чтобы вытащить себя из грязи, но, поднимая глаза, сталкиваюсь нос к носу с раздвоенным языком, пробующим воздух. Я цепенею, когда маленькая черная змейка шипит, но затем она мгновенно ускользает в сторону, а ее склиизкое тело касается моей руки. Знакомое ощущение озаряет мой разум, но я давлю в себе крик. Змеи. Это они все это время задевали мои щиколотки, и ужасающая догадка закрадывается в голову. Неужели это так чудовище постоянно находит меня? Разве змеи не служат вестниками своего хозяина?

Эта мысль выжигает страх прямо в груди, и я нахожу в себе силы вырваться из топи. Я едва могу бежать, но заставляю мышцы работать на пределе возможностей. Я не умру здесь, в этой грязи. Я не позволю змеям сожрать меня целиком. Я не…

Нечто мясистое и влажное обвивает мою лодыжку и делает резкий рывок. Я падаю так тяжело, что от удара сводит живот, а грязь забивается прямо в рот. Меня тошнит, когда она попадает в горло, и мне уже плевать на маскировку — я отчаянно бьюсь, пытаясь вырваться из хватки на ноге. Оглянувшись назад, я тут же жалею об этом: мою конечность сжимает мощный чешуйчатый хвост зеленовато-бурого цвета. На конце он сужается, но чем дальше уходит в траву, тем становится толще, достигая в обхвате моей талии. Я напрягаю зрение, пытаясь разглядеть скрытое в зарослях тело, но монстр смещается, снова дергая меня назад. Моя грудь волочится по земле, пальцы пытаются уцепиться за что-нибудь твердое, но всё бесполезно. Здесь нет ничего, кроме травы. Ни камней, ни ветвей, а хвост безжалостно врезается в лодыжку, словно доказывая, что он здесь — единственная власть в Митте Мидаги.

Змеи кружат вокруг меня, пока невидимое чудовище тащит мое беспомощное тело сквозь заросли. Они скользят по моим конечностям, обвиваются вокруг торса, извиваются на коже. Я не могу закричать. Я не могу сопротивляться. Страх подавляет волю, и хотя я не знаю, что за создание обладает этим чешуйчатым хвостом, я точно знаю, кто меня нашел. Монстр с аппетитом к человеческой плоти, и я — его следующий обед.