— Мария, я не буду принимать эти лекарства, — заявляет мама. — Они меня травят! Ты понятия не имеешь, что они со мной сделали! Несколько дней назад заставили выпить таблетки, от которых у меня все помутилось. Я ни черта не могла вспомнить.

Я невольно смеюсь.

То, что мама ни черта не помнит, определенно не связано с лекарствами.

— Мам, врачи знают, какие препараты тебе нужны. Ты должна им доверять, хорошо? Прими лекарство хотя бы сейчас, а я поговорю с ними, когда навещу тебя сегодня.

Я сжимаю пальцами переносицу и проверяю Луку. Он справляется со своими делами без посторонней помощи.

Умница.

Слава богу.

Стиральная машина издает сигнал. Я оборачиваюсь и замечаю мигающий красный индикатор.

Прищуриваюсь.

Так, это код ошибки?

О господи, нет. У меня нет на это времени.

Я качаю головой и жалею, что Вадьки нет рядом.

Как он справляется со всем этим в одиночку? Ему не приходится заниматься мамой — во всяком случае, часто. Но у него есть сын, компания и дом.

И все это определенно похоже на работу для двоих.

Мама всегда его любила. Только он умел до нее достучаться. Ее состояние начало ухудшаться вскоре после того, как он появился в нашей жизни… Я знаю, что иногда он ее навещает.

Может, в этом и заключается решение.

Именно это мне нужно.

Нужно, чтобы он поехал со мной к ней.

Его все любят.

Когда захочет, он бывает очень обаятельным.

— Если не примешь лекарство, тебе станет плохо, — говорю я маме, хотя сама не уверена, что это правда. — Еще раз скажите ей, что это за препарат, — прошу медсестру.

— Лекарство от судорог, — огрызается она.

Я стискиваю зубы.

— Мам, если выпьешь лекарство, я принесу тебе любимое печенье из пекарни Ани, — говорю я тем же тоном, каким разговаривала с Лукой.

Мама, похоже, обдумывает предложение.

— Нет.

Господи.

Я стискиваю зубы и качаю головой.

— Если не примешь лекарство, я отключу тебе Wi-Fi!

О боже, теперь я, блядь, воспитываю подростка.

— Я не пользуюсь Wi-Fi! — огрызается она.

Я качаю головой. Разумеется, пользуется. Просто не понимает этого.

Замечательно.

— Не знаю, что вам сказать, — обращаюсь я к медсестре. — У меня над ней не больше власти, чем у вас.

— Можете привести своего мужа? Она всегда его слушает. На прошлой неделе только ему удалось уговорить ее сходить к психотерапевту.

Моего мужа?

За что вселенная меня ненавидит?

Так.

Ему удалось?

— Он не мой муж, — тихо отвечаю я. — Он муж моей сестры.

— Какая разница? Он может приехать?

Я с шумом выдыхаю. Хочется то ли расплакаться, то ли что-нибудь разбить.

— Да, я могу его попросить.

— Хорошо, до свидания.

Связь обрывается.

— Тетя, мне нужно помочь вытереть попу.

Вот буквально — ебись оно все конем.

Час спустя дом убран, белье крутится в сушильной машине, ужин размораживается, а Лука радостно болтает ногами, сидя в детском кресле на заднем сиденье автомобиля.

Мы едем к Копыловым, чтобы мне немного передохнуть.

Как люди занимаются этим постоянно?

Вадька, скорее всего, будет на работе, но я знаю, что у Зои перерыв.

Мы приезжаем в обед. Стоит входной двери открыться, как на сердце становится легче. По другую сторону стоит Зоя с искрящимися глазами. Она опускается на одно колено и широко раскрывает руки перед Лукой.

— Боже мой, только посмотрите, каким ты стал высоким, — говорит она, взъерошивая ему волосы. — Крепко обними тетю Зою.

Кровное родство их не связывает, но Копыловы — семья Вадьки, поэтому разницы почти нет.

— Тетя Зоя, тетя Рут дала мне в десять раз больше взбитых сливок, чем папа, — заявляет Лука с самодовольной ухмылкой.

Я велю ему замолчать, пока кто-нибудь меня не сдал.

— А еще у меня болит животик, — добавляет Лука.

Черт.

— Я же говорил, что это случится, если дать ему слишком много, — раздается из-за спины Зои низкий голос.

Ну замечательно.

Похоже, Вадька все-таки не в офисе.

— Привет, приятель.

Увидев Луку, он щурится от улыбки, а черты лица смягчаются.

— Папа!

Лука с разбега бросается на Вадьку, обхватывая его за колени, но тот успевает подготовиться к столкновению. Подхватывает сына, вскидывает на руки и целует в щеку.

А потом одаривает меня строгим взглядом.

— Сколько сока он выпил?

— Не так уж много, — лгу я, отводя глаза. — У тебя все закончилось. Мы просто ненадолго заехали сюда перед магазином.

Я строго смотрю на Вадьку.

— И мне не нужны нотации по поводу печенья и сладостей.

Будто я смогу все это пережить без шоколада.

Он проводит рукой по волосам и кивает.

— Спасибо, что занимаешься этим. Хочешь, вечером, когда вернусь, что-нибудь приготовлю на гриле?

Я пожимаю плечами.

— Тебе нужно на работу? Во сколько начинается смена?

— У меня сегодня выходной.