«Я превратился в какую-то бездушную машину по исполнению желаний…» — с горькой самоиронией мысленно констатировал Клейн, одарив Байерса вкупе с остальными лучезарной улыбкой.

Паша и ее спутники лишь многозначительно переглянулись, так и не отважившись перечить столь могущественному мастодонту. Покорно, как и в прошлый раз, они послушно сцепили руки.

Вслед за этим Клейн пустил в ход «Телепортацию», благополучно перебросив всю честную компанию прямиком за городскую черту Белдана.

— Магия желаний подошла к концу, а значит, настал час прощаться. — Юноша изящно приподнял цилиндр и отвесил безукоризненный поклон, всем своим видом виртуозно отыгрывая роль подлинного бродячего фокусника.

Эта привычка к лицедейству давно и намертво въелась в его кровь.

Узрев этот театральный жест, Паша на чистых инстинктах выпалила:

— Смеем ли мы узнать ваше имя?

Клейн, не стирая с лица легкой улыбки, отозвался:

— Я ношу великое множество имен. Разные люди величают меня по-разному, но вы вольны звать меня «Чудо-фокусником» Мерлином Гермесом.

— Мистер Гермес, вы, часом, не бьете поклоны «Богине Вечной Ночи»? — слегка замявшись, поинтересовался Рой.

…Клейн на долю секунды впал в легкий ступор, решительно не представляя, как выкрутиться. Положа руку на сердце, его так и подмывало ляпнуть: «Когда-то бил, но нынче умыл руки».

Тщательно взвесив слова, сыщик выковал решение: пора бы загодя приступить к отыгрышу «Слуги Тайн».

Юноша вмиг стер с губ любую тень улыбки, сменив её на монументальную, ледяную торжественность, и изрек:

— Я служу «Шуту», Владыке Тайн, великому Правителю над миром духов.

— Вздумай вы присягнуть этой заоблачной сущности или возжелаете выудить больше откровений о Его догматах — держите курс на архипелаг Ротсид в море Соня. Там нынче несет слово Господне Его преданный проповедник, Даниц.

«Ко всему прочему, в закромах Города Серебра почти стопроцентно пылится полный арсенал рецептов эликсиров Пути „Воина“ вплоть до второй Последовательности…» — мысленно добавил Клейн, благоразумно не став озвучивать этот козырь вслух.

Рой ответил едва уловимым, глубокомысленным кивком:

— До сего дня я и сном ни духом не ведал о существовании столь великого божества. Ниспосланные вами чудеса воочию явили нам Его ослепительный свет.

Парень виртуозно уклонился от прямого ответа мистеру Мерлину Гермесу, всё еще барахтаясь в пучине сомнений.

Паша, Байерс и Фил разделяли эти душевные метания, благоразумно храня молчание.

Клейн не стал сотрясать воздух лишними уговорами. Круто развернувшись, он покинул четверку Потусторонних, заложив изрядный крюк и возвращаясь обратно в Белдан совершенно иным маршрутом.

Сыщик ни на йоту не запамятовал о подлинной цели своей высадки в этом захолустном полисе. Юноша отчаянно жаждал поскорее снять комнату, дабы воспарить над серой мглой и с головой уйти в препарирование карты «Шута».

…………

Графство Межморья. В недрах библиотеки совершенно иного города.

Молодой исследователь права выудил с заставленной стеллажами полки увесистый фолиант. Прошествовав к столику у панорамного окна, он вальяжно опустился на стул.

С головой погрузившись в дотошное штудирование текста, он внезапно наткнулся на затесавшийся меж страниц ветхий, желтовато-коричневый лист пергамента.

— Что это за чертовщина? — с искренним недоумением пробормотал себе под нос юрист, хищным жестом вытягивая бумагу на свет.

Дотошно прочесав текст взглядом, он с изумлением констатировал: письмена были выведены на древнефсакском, а их суть отдавала поистине диковинной редкостью:

«…В Четвертую Эпоху существовал некий фолиант, гордо носящий титул „Латунная книга Трэнсоста“…»

Глава 1291 Два ритуала

Над серой мглой, под сводами древнего дворца, соткался силуэт Клейна.

В этот самый миг на принадлежащем «Шуту» кресле с высокой спинкой восседал «человек», с ног до головы укрытый пеленой серо-белой мглы.

Едва Клейн переступил порог «Замка Истока», как этот «человек» мгновенно рассыпался в прах. Распавшись на рой судорожно извивающихся, прозрачных «Червей Духа», он метнулся к юноше и благополучно ввинтился обратно в его плоть.

«Хвала небесам, что артефакт „0–02“ наглухо запрещал лишь разглашать тайны и возвращаться обратно. Мои ментальные узы с этой заступившей на вахту в „Замке Истока“ порцией „Червей Духа“ ни на йоту не оборвались, иначе бы они уже давным-давно слетели с катушек, мутировав в гротескных тварей…» — беззвучно, с колоссальным облегчением выдохнул Клейн. Вальяжно опустившись на почетное место «Шута», он подхватил ту самую «Карту Богохульства», которую пожертвовал сюда загодя.

Раз уж эта «Карта Богохульства» была уже благополучно активирована, ломать голову над поисками нужных заклинаний больше не требовалось. Достаточно было лишь влить толику духовности, дабы воочию узреть грядущие метаморфозы.