Юноша легонько постучал пальцами по изъеденному патиной краю длинного стола. Силой мысли соткав бумагу с пером, он изготовился скрупулезно изложить на пергаменте роящиеся в голове подозрения.

И дело крылось вовсе не в том, что его мозгам было не по зубам распутать этот клубок одними лишь раздумьями. Просто, когда по ту сторону баррикад возвышался такой хтонический мастодонт, как Адам, дотошное, параноидальное препарирование каждой мельчайшей зацепки становилось жизненно необходимым алгоритмом выживания. А перенесенные на бумагу тезисы позволяли раз за разом прогонять выводы через внутренний фильтр, ювелирно латая любые зияющие бреши в логике:

'Фундаментальная аксиома такова: Адам, виртуозно оседлав недавнюю мировую мясорубку, уже благополучно вскарабкался на нулевую Последовательность, обернувшись истинным богом. Отныне Его можно смело и безоговорочно величать «Фантазером».

Мисс «Справедливость» умудрилась перешагнуть порог четвертой ступени и стать «Манипулятором» аккурат вскоре после того, как Хевен Рамбис бесславно сыграл в ящик. Спору нет, эту сказку можно впарить доверчивым простакам, но заставить «Фантазера» сглотнуть такую топорную наживку — чистой воды утопия.

Какого дьявола Адам вообще затеял этот спектакль? Возиться с заурядным святым четвертой Последовательности — масштаб явно не по чину для заоблачного статуса «Фантазера». Разве что в Его рукаве припрятан куда более грандиозный, сокрытый мотив…

Так кто же Его истинная мишень: тот самый Дракон Разума или же я сам, стоящий за спиной мисс «Справедливости»?

Здесь кровь из носу надлежит взвинтить бдительность до абсолютного максимума, права на фатальную оплошность у меня попросту нет'.

'Тот самый храм в «Эдеме», где заседает попечительский совет Алхимии Психологии, до боли смахивает на костяной собор Адама. Впрочем, сходство лишь поверхностное: там черепами щедро инкрустированы исключительно наружные каменные столпы, а внутри подобного макабрического убранства не водится. К тому же стены там отливают непроницаемой, глухой чернотой, источая гнетущий мрак. И на что же, дьявол побери, намекает этот символизм?

А тот исполинский крест, намертво обвитый пепельно-серой статуей циклопического дракона — это еще что за аллегория? Неужто их титанические потуги воскресить Творца благополучно увенчались первым, железобетонным триумфом?

Э-э, Адам нынче уже вскарабкался на престол «Фантазера». И если Его отец, ну или тот самый Первозданный Творец, действительно восстанет из мертвых, Адам стопроцентно пойдет в расход первым. Неужто Он спит и видит, как бы принести Себя в добровольную жертву на этом алтаре? Стало быть, именно в этом и кроется подлинная суть титула «Фанатик»?

Тот белый кролик… С высочайшей долей вероятности это не кто иной, как Гермес… Впрочем, будучи полноправным ангелом Пути «Зрителя», Он бы ни за какие коврижки не застрял в этой пушистой шкуре на столь долгий срок, не в силах сбросить с себя деформирующее проклятие госпожи посланницы. Особенно учитывая, что за Его спиной маячит сам «Фантазер», готовый подставить плечо… Хм, выходит, Гермес торчит в этом облике умышленно?

Ах да, тот самый Делау, председатель Алхимии Психологии, как-то обмолвился: для «Зрителя» гибель означает лишь финал одной конкретной личины. Маг вполне волен вынырнуть на совершенно иной сцене, нацепив новую маску и ввязавшись в другую пьесу…

Сплетя эти ниточки воедино, напрашивается железобетонный вывод: вознесшись до третьей, а то и до второй Последовательности, адепт стези «Зрителя» обретает власть виртуозно отпочковывать свои былые личины, вдыхая в них искру жизни и обращая в «подлинных людей». И даже если эта вылепленная оболочка благополучно сыграет в ящик, подлинное тело мага не понесет ни малейшего, фатального урона?

Воистину, подобный фокус безупречно ложится в канву подготовительной ступени для «Фантазера»…

Хм, стало быть, Гермес ювелирно отсек от Себя проклятую кроличью тушку, вылепив из нее отдельную личность, и в таком гротескном виде внаглую затесался в ряды Алхимии Психологии? Что же Он, дьявол побери, замышляет? Помнится, на той самой кулуарной сходке Ордена Сумеречных Отшельников Он вальяжно восседал прямо по соседству с великим императором…'

Поставив финальную точку, Клейн отложил перо. Вдумчиво, скрупулезно пробежавшись глазами по исписанному листу несколько раз, юноша с досадой констатировал, что его душа барахтается в непроглядной пучине неразрешимых загадок.

В конце концов ему не оставалось ничего иного, кроме как взять паузу и продолжить следить за развитием событий, вооружившись ледяной, параноидальной бдительностью.

Тем временем «Справедливость» Одри, устроившись в той же самой карете, на которой прибыла ранее, благополучно покинула пределы «Эдема». Экипаж вынырнул в реальном мире, доставив девушку обратно в тот самый парк с искусственным озером в Районе Императрицы.