Рот этой маски гротескно растянулся в зияющей ухмылке, распахивая пасть до самых ушей. Причем челюсти намертво застыли в оскале, словно бестия отчаянно жаждала заглотить целиком и полностью всё, что только попадало в её поле зрения.

— Позвольте представить: еще один попечитель Алхимии Психологии, господин «Чревоугодие», — любезно просветил её Делау.

Вслед за этим под монументальные своды один за другим стянулись и остальные члены попечительского совета. Ими оказались: господин «Похоть», леди «Алчность», мисс «Лень» вкупе с господином «Завистью».

Будучи прожженным «Зрителем», Одри первым делом с параноидальной дотошностью отсканировала пугающую специфику их масок:

Морда «Алчности» до боли смахивала на личину «Чревоугодия» — тот же растянутый до самых ушей рот. Вот только губы были наглухо, сурово сжаты, а веки плотно смежены, не оставляя даже щелочки;

«Похоть» кроилась по тем же лекалам, что и её собственная «Гордыня». Вся первобытная чертовщина заключалась в глазах: они с тошнотворным хрустом сползли прямо на середину переносицы, из-за чего казалось, будто носитель вечно и сально пялится на собеседника снизу вверх;

«Зависть» щеголяла гротескно искореженными, асимметричными чертами: съехавшие глаза, уши, перекошенный рот и нос. От этого уродца за версту разило свинцовой, гнетущей мрачностью;

Что же до «Лени», то её глаза тоже намертво слиплись, а уголки губ безвольно, меланхолично обвисли. Личина всем своим видом вопила о том, что её владелец барахтается в глубоком, беспробудном сне.

Удостоверившись, что весь старый костяк попечительского совета благополучно собрался, Делау издал тихий смешок:

— Нам надлежит обождать еще одного соратника. Ему уготовано кресло седьмого попечителя. Хм, вернее, восьмого. Совсем запамятовал вписать в этот счет свою скромную персону.

Не успело эхо его слов растаять под сводами, как в парадных дверях храма вырисовался очередной силуэт.

Незнакомец козырял безупречным вкусом: белоснежная сорочка, строгий жилет, небрежно накинутое черное пальто и венчающий образ полувысокий шелковый цилиндр. На первый взгляд — эталонный, следящий за модой столичный джентльмен.

Вот только, едва Одри сфокусировала свой всевидящий взор, она с леденящей оторопью констатировала: под этими франтовскими шмотками таился отнюдь не человек, а исполинских размеров, кипенно-белый кролик с полыхающими алыми глазами!

Эта гротескная бестия неспешно, мерно чеканя шаг, приблизилась к столу. Тварь застыла с левого фланга, аккурат по соседству с креслом самой аристократки.

— Какая досада, дружище, выбирать тебе больше не из чего, — Делау с лукавой усмешкой ткнул пальцем в сиротливо лежащую на столешнице маску «Гнева».

Кролик-переросток внезапно распахнул пасть, издав абсолютно чистый, бархатистый мужской баритон:

— В обыденной жизни я славлюсь поистине ангельской кротостью. Что ж, превосходный шанс на собственной шкуре хлебнуть первобытной ярости.

Не прекращая вещать, бестия сноровисто сгребла личину со стола и намертво припечатала её к морде.

Глаза этой маски дико, фанатично выпучились, а пасть распахнулась в беззвучном рыке. Казалось, тварь изготовилась в любую долю секунды исторгнуть из себя оглушительный, сокрушительный вопль.

Дождавшись, пока новоиспеченный господин «Гнев» благополучно водрузится в кресло подле Одри, Делау пару раз негромко хлопнул в ладоши, призывая к тишине:

— Имею честь официально представить вам двоих новобранцев нашего попечительского совета.

— Прошу любить и жаловать: леди «Гордыня» и господин «Гнев». Оба — полноценные полубоги, чьи познания и хватка в домене Разума бьют все рекорды.

— К слову, леди «Гордыня» отныне берет под свой негласный колпак Баклундский округ Королевства Лоэн.

Обронив это, Делау плавно перевел взор на Одри:

— Вы, должно быть, еще не вникли в суть нашей специфики. Корни ложи намертво вплетены в круги практикующих психологов, мозгоправов и праздных энтузиастов этой науки. А посему наш костяк кучкуется исключительно в мегаполисах, благоразумно обходя стороной деревенскую глушь и захолустья. Исходя из этого, каждый попечитель безраздельно правит конкретным крупным полисом вкупе с прилегающими землями.

Следом председатель вновь обратился к залу:

— Господину «Гневу» поручена вотчина над Ахсарой, столицей Ленбурга.

— Господин «Похоть» держит бразды правления над Триром, сердцем Интиса.

— Леди «Алчность» курирует Сент-Милон, столицу Империи Фейсак.

— Мисс «Лень» присматривает за Фейнапотом — столицей одноименного государства.

— Господин «Зависть» взял под свое крыло город Дилис, что в Республике Интис.

— И, наконец, господин «Чревоугодие» опекает Констон, гордость Королевства Лоэн.

Покончив с перекличкой, Делау счел нужным добавить еще один веский нюанс: