Я медленно выдохнула, дыхание немного сбивалось, когда оно покидало меня.

Большой палец Кигана успокаивающе погладил меня по спине.

“ Ты в порядке? - пробормотал он.

“ Думаю, да, ” прошептала я. - Я просто не ожидала этого.

“ Я тоже, ” тихо ответил он. - Но я не удивлен.

Тогда мой отец повернулся и, наконец, посмотрел на меня, выражение его лица было таким теплым и уверенным, что у меня сжалось горло.

“Ты молодец”, - сказал он. “Собрать людей вот так непросто”.

“Я не уверен, что это уже сделано”, - признался я. “И это была Академия, а не я”.

Он слабо улыбнулся.

Калеб перевел взгляд между нами, что-то задумчивое промелькнуло на его лице.

“Ты несешь в себе обе стороны этого”, - сказал он мне. “Ведьма и оборотень. Стоунвик и Дебри”.

“На самом деле я этого не планировал”, - криво усмехнулся я.

“Немногие лидеры так поступают”, - ответил он.

Лидер.

На этот раз слово прозвучало по-другому.

Когда разговор перешел к логистике, границам и тщательной работе по предотвращению эскалации, я стояла и слушала, наблюдая, как мой отец говорит спокойно, авторитетно, наблюдая, как Калеб отвечает не с вызовом, а с пониманием.

И я осознал кое-что, от чего меня пробрала тихая дрожь.

Дело было уже не в Мэлоре.

Речь шла о том, что пришло после него.

И, стоя там, между человеком, которым был мой отец, и человеком, которым стал Калеб, я знала, что следующая глава истории клана уже была написана — был ли кто-нибудь из нас готов к этому или нет.

Мой отец отошел от нас со спокойной уверенностью, от которой у меня немного расслабилось в груди, уже входя в роль, которой он всю жизнь избегал, и все же каким-то образом овладел моментом, когда это имело значение.

Он двинулся к Калебу и другим альфам, его голос был спокойным, размеренным, звучал легко, когда он начал обсуждать границы, старые тропы через Дикие Места, места, где земля могла бы содержать стаи без напряжения. Я мгновение наблюдала за ним, за этой его версией, непринужденной, уверенной, безошибочно правильной, а затем заставила себя отвернуться, прежде чем боль за ребрами успела перерасти во что-то отвлекающее.

Еще слишком многое предстояло сделать.

Академия провела меня обратно внутрь без церемоний, коридоры разворачивались тем тонким, преднамеренным образом, который всегда заставлял меня чувствовать, что меня ведут, а не направляют.

Воздух изменился, когда я приблизилась к аудитории, стал теплее, ярче, наполненный тихим гудящим осознанием, которое заставило мою магию загудеть в ответ. Когда я переступила порог, то обнаружила, что леди Лимора, Стелла и Нова уже собрались за массивным столом, которого раньше там определенно не было.

Это было не совсем дерево или камень. Это было похоже на кусочек ночного неба, отполированный до блеска, его поверхность была темной и глянцевой, пронизанной прожилками серебряного и золотого света, который медленно пульсировал, как сердцебиение. Над ним парила трехмерная карта, мерцающая по мере того, как я приближался.

“ О, ” выдохнула я. - Это... что-то новенькое.

Нова подняла голову, ее глаза заблестели. “Академия решила, что нам нужна более четкая картина”.

На карте был изображен не только Стоунвик. Он простирался вширь, леса и долины разворачивались слоями, Дикие места окрашивались в темно-зеленый и синий цвета, Тень маячила, как синяк, на краю поля зрения. И по нему двигались точки света. Их сотни. Может быть, больше.

Мой желудок сжался.

“Это орки”, - тихо сказала Нова, отвечая на вопрос, который я еще не озвучил.

Я наклонилась ближе, мой взгляд метался по карте, пока я пыталась сосчитать.

“ Там ... много, - сказал я, изображая легкость, которой не чувствовал. - О чем мы думаем, о нескольких сотнях?

Стелла издала резкий, невеселый смешок и поставила чашку на стол с большей силой, чем это было строго необходимо.

“О, милый”, - сказала она. “Попробуй тысячи”.

Я уставилась на карту, у меня перехватило дыхание, когда до меня дошла реальность происходящего. Точки не были сгруппированы плотно друг к другу, не представляли собой армию в строю, а располагались по множеству путей, медленно сходясь, как притоки, питающие реку.

- Тысячи, - еле слышно повторил я.

Твоббл вскочил на край стола, преувеличенно щурясь, вглядываясь в светящиеся точки.

“Что ж, - бодро сказал он, - с положительной стороны, это объясняет, почему земля была неровной”.

Сконк тут же хлопнул его по плечу. - Сейчас не время.

Твоббл потер руку и нахмурился. “ Я справляюсь, как могу. Ты же понимаешь, что потребуется всего одна нога, один шаг, чтобы раздавить такого гоблина, как ты или я, и не заставляй меня начинать с кабанов.

Ах, да. Кабаны.

Вопреки себе, у меня вырвался дрожащий смешок, и я прижала ладони к краю стола, заземляясь в прохладном, твердом присутствии магии под ним.