Мы въехали в Шедоуик, и воздух изменился так быстро, что мои легкие сжались, когда тяжесть наваливалась на каждый мой вдох.

Мое родимое пятно покалывало, но шрам оставался онемевшим. Надеюсь, Жрица все еще не смогла меня выследить.

Спасибо тебе, бабушка Элира... или эквивалент... или лунный камень Твоббла.

В этот момент я была готова поблагодарить драгоценности, предков и, возможно, метлу, если это меня не убьет.

Внизу показалась деревня Шедоудик, и каждая ведьма позади меня, казалось, притихла, никто не произнес ни слова. Низкие, темные здания, приткнувшиеся вдоль кривых улочек, с покосившимися крышами, как будто небо давило на них годами. Трубы выпускали тонкие струйки дыма, которые не столько поднимались вверх, сколько закручивались вбок, вьясь вдоль крыш, прежде чем раствориться в черном воздухе.

Все в деревне казалось неправильным и мрачным, и так было всегда, с тех пор как я впервые столкнулся с ней. Я не мог не задаться вопросом, понравилось ли это жителям Шедоуика, или что остановило их от восстания.

В окнах не горели яркие фонари, над магазинами не раскачивались веселые вывески, из дверных проемов не доносилось взрывов смеха.

Стоунвик всегда казался оживленным, даже в самые тихие часы. Чайные чашки и шаги. Колокольчики и шепот. Случайные жалобы гоблинов, доносящиеся эхом откуда-то, куда не следовало.

Мы поднялись выше над первым рядом зданий, и я заметил лица, смотрящие снизу вверх. Я заметил бледные очертания в окнах и фигуры в длинных пальто.

Но нет, Селеста.

В центре деревни открылась кривая площадь, на которой возвышался зазубренный черный памятник, торчащий из камня, словно что-то поднялось из-под земли. От этой формы у меня слезились глаза, если я смотрела на нее слишком долго, и метла двигалась подо мной, как будто ей тоже было наплевать на это зрелище.

- Двигайся немного быстрее, - прошептал я.

Метла повиновалась.

В кои-то веки.

Позади меня ведьмы сомкнули строй. Леди Лимора придвигается ближе слева от меня, ее взгляд устремлен вниз, выражение лица непроницаемо. Стелла подошла справа от меня, и даже она перестала отпускать замечания. Одного этого было достаточно, чтобы встревожить меня.

На этот раз голос Туоббла прозвучал мягче. - Все хуже, чем я думал.

- Это ощущается по-другому, не так ли?

Тропинка внизу огибает деревню, отказываясь проходить через площадь, и моя метла следовала по ней. Земля за Шедоуиком поднималась низкими холмами, серыми и неровными в лунном свете. Чахлая растительность цеплялась за склоны пятнами, упрямые маленькие растения, которые выглядели так, словно потеряли желание быть зелеными. Обнаженные скалы блестели тут и там скользким темным блеском, а слабые остатки заклинаний светились на земле, как старые чернильные пятна, которые никто не мог оттереть.

“Мэйв”, - позвала Стелла сквозь шум ветра, и ее голос прозвучал на удивление отчетливо. “Ты чувствуешь это?”

Я кивнул, хотя и не был уверен, видит ли она меня.

Магия впереди пульсировала, нерегулярно и тревожно, как будто что-то под холмами щелкнуло выключателем.

Нова летела немного впереди, ее метла была пугающе устойчивой. Ее темная коса развевалась за спиной, а кристалл на навершии посоха сиял там, где она прикрепила его к спине.

Она посмотрела на меня через плечо.

Даже отсюда я увидел предупреждение в ее глазах.

В ее устах это никогда не было идеальным.

Луна скрылась за облаком, и на мгновение мир потускнел, а холмы впереди, казалось, стали выше в темноте.

Когда облако сдвинулось, я увидел это.

Здесь территория выглядела как часть холма, тень среди теней, втиснутая в склон, как будто она выросла там назло, точно такая, какой я ее помнил, с ее темными камнями и зазубренными краями.

Впереди виднелся дом жрицы, низкий и суровый, наполовину крепость, наполовину поместье, со старыми стенами, протянувшимися неровными рукавами вдоль хребта. Впереди вились железные ворота, высокие, черные и замысловатые, их шипы отражали лунный свет, как зубы. За ними простирался широкий и пустой внутренний двор, если не считать темных силуэтов статуй, неподвижно стоящих вдоль дорожки, ведущей к двери.

В прошлый раз, когда я была здесь, я гналась за нитью Гидеона, преодолевая страх и срочность.

Теперь мне почти казалось, что это место ждало меня, как будто оно само позвало меня сюда.

Это было еще хуже.

Метла замедлила ход подо мной, как будто даже она понимала, что бросаться прямо в зубы этой твари больше не было очаровательно.

У меня в кармане зажужжал телефон, и все мое тело содрогнулось.

Я чуть не нащупала метлу, что было бы ужасным моментом для выяснения, работают ли телефоны или ведьмы среднего возраста.

Твоббл издал сдавленный звук. “Пожалуйста, не отвечайте на сообщения во время полета”.

“Это Киган”, - сказал я.

“Это единственное приемлемое исключение, и я его тоже ненавижу”.