- Да не надо уж... Я столько не выпью. Ещё, после вчерашнего, не оклемалась. Ты, вообще, сама-то, как?

- Пока нормально. Тоже выхожу из штопора. Голова, пока, окончательно не протрезвела. Об остальном, я подумаю завтра. Давай, всё же, встретимся в воскресенье? У нас, как-никак, но возникла проблема. Напоминаю некоторым про необходимость явиться в офис. Есть у меня кое-какая мыслишка. Надо бы обсудить и что-то же решать...

ГЛАВА 5.

В воскресенье, прям с утра, Нинка ворвалась в её дом, как свежий ветер. Сама Ольга Михайловна, например, была в трауре и даже не представляла, о чём больше бы погоревать.

То ли о том, что, в самом принципе, «посчастливилось» нарваться на «этих», а потому, могут возникнуть некоторые последствия на работе... То ли потому, что теперь всё стало во сто крат хуже. И горевать надо о том, что она, роль пылкой любовницы, провалила...

Не надо было ей спать с бессовестным «Святополком»! Не надо, прям точно! Господи, какой же пакостный, эта сволочь, взяла псевдоним!

То ли подружка снова всё прочла у неё в голове, то ли Оленька вслух произнесла последнюю фразу, но только Нинка, в этот раз, модернизировала своё приветственное «доброе утро»:

- Напоминаю некоторым, что «Святополк» – ещё по-Божески! Бедного генерального, вообще, представили «Автандилом».

- Скажи же, сволочь?

Нинка просочилась в прихожую и чмокнула хозяюшку в щёчку.

- Скажу, милая! Обязательно, скажу!..

***

- Значит, так, - Ниночка выглядела, на вкус Оленьки, слишком уж воинственно-деловито.

Сама бы Ольга Михайловна так и продолжила бы до понедельника страдать. Но подружка, как-то, очень здорово оправилась от душевной травмы и сделалась бодреньким оптимистом. Вернее, не так! Сделалась прославленным генералом, который планирует пойти, на всяких там, с псевдонимами, войной.

- Наша проблема в том, как теперь, случись столкнуться, будем смотреть в глаза начальству. Чего, Ольк, молчишь? Так?

- Ну, так... - одна, из девочек, метнулась к чайнику, чтобы отвлечься на гостеприимство. Голова сумбурила, а на душе было тяжко, - Хотя, Нинк, сама посуди! И чё такова? Ну, встретились, да... Встретились немножечко не в том месте... Можно подумать, начальство у нас дикое и думает, что женщины-сотрудницы выключаются, как роботы, после работы!

- Оль, не в этом дело, - Ниночка тяжко вздохнула. Оленька, бедная, всё ещё, не оправилась. Придётся объяснять расширенно и по пунктам, - Когда до них дойдёт, собственно, кто мы, всё будет выглядеть нефонтанно. Мы-то, с тобой, их узнали! Чего тупишь? Мы не могли их не узнать!

- Ну и?

- Ну и всё! Выходит, мы всё про всех, с самого начала знали. Выходит, сидели, скалились и стимулировали верхушку фирмы на враньё. Оль, ты не вдумывайся, а просто поверь! Мужики будут чувствовать себя обманутыми! Над ними две, не понятно, кто, посмеялись. Ещё и посмеялись, подчёркиваю, в уязвимом состоянии генералитета! И посмеялись в такой щекотливый, для них момент жизни!

- Вообще, да. Получается подловато. Но, Нинк! Мы же можем им сразу всё объяснить!

- Ты, вообще, себе ситуацию, в реальности, представляешь? Во-первых, нас никто даже не станет слушать. Во-вторых, мужики обидчивые. А твой «Святополк» там себя так отрекомендовал, что, по-моему, ему станет стыдно...

- Да и Гордеев был, мягко говоря, не в самом достойном виде. Я вообще не представляла, что кто-то может быть НАСТОЛЬКО пьяным!

- Во-во! Лучшим решением было бы на глаза им не попадаться. Ну, или остаться неузнанными, как вариант.

- Ну, это легко! Мы, с тобой, десять лет там сидим. И много раз ты встречала начальство?

- К тому и веду! Но надо подстраховаться!

Ниночка завозилась в просторной сумке и, с гордостью, выставила на стол пакетик.

- Вот! Перекрасимся! Перекрасимся в блондинок! Так что, если что, то мы – не мы!..

***

- А мне, вроде, ничего так, - просветлела лицом Олька.

- А я теперь похожа на подтравленную мышь, - Ниночка придирчиво вгляделась в зеркало, - Чёрт! Я и брюнеткой-то была, мягко говоря, не очень...

- Вот это ты брось! Это всё, от твоего Олежека – шлейф экскрементов! Ты – красотка! И тогда была, и, тем более, сейчас!

- Слушай, кстати, о зеркалах, - Нинка решила не вдаваться в прения. Оленька к ней, из любви, пристрастна, - Ты смотрелась в зеркало? Ну, после всего?

- А чего в него смотреть? Я и так знаю, что там увижу.

- Да-а-а? А я прям пребывала в шоке! Ещё и, прикинь, таксиста бессовестно обругала. Как мы могли ТАК накраситься? Не может быть, что это так размазалось. Там, изначально, всё было... «экстра». И, главна, в баре я ничего в тебе эдакого, не замечала...

- Мы выпимши были. Что, прям так ужасно?

- Да не. Наверное, мужикам понравилось, раз они нас подсняли.

- А у них был выбор?

- Соглашусь... К сожалению, соглашусь...

***