Девчонки потрындели на темы пьянок и мужиков ещё некоторое время, а потом перешли к главному – Ольке пора снова полюбить себя! А то разнюнилась, дурочка, от одного единственного, к тому же, сильно пьяного эпизода!

Столько лет, выходит, пошло насмарку! Столько лет, бедняжка выстраивала внутри крепкий стержень! А всё для чего? Чтобы впасть в уныние, стоит переспать с каким-то?

- Лёль, зам наш – ветреник! Ты же и сама знаешь. Мужик, вообще, не считает баб.

- Это могут быть только сплетни, - не сдавалась Оля.

С одной стороны, действительно, никто же ничего конкретного-то не видел! Мужик, за столько-то лет, не совратил ни одну, из реально существующих сотрудниц!

А с другой, это роняет самооценку ещё больше. Одно дело, когда тебя соблазнил обаяшка-кобель, и совсем другое – когда кто-то переборчивый. Соблазнил, гад такой, разочаровался и бросил.

Больнее выглядит разочарование серьёзного мужика. Это выглядит, именно, разочарованием, а не такой привычкой.

В общем, немножечко запуталась, в своих предпочтениях, Олька. И Ниночка это почувствовала. Самую суть, сразу же уловила.

- Он – кобель, Лёльк! Даже не сомневайся! Во-первых, у него – вывеска через всю морду. А во-вторых, он каждый корпоратив, является с другой.

И снова Оленька трагически загрустила. Да уж! Красотки у кобеля были, одна лучше другой. А её, толстую и старую, дурак снял от безысходности и по пьяни.

А потом, такой, проспался, сволочь, рассмотрел и сделал ноги!

- Я вот что... Если даже и встретимся... ну-у-у... если он меня, даже блондинистой, узнает... Буду делать вид, что я – с амнезией! Что я его, гада, не узнаЮ!

- Вот и правильно! Лучшая позиция – несознанка! Тем более, я, как раз, нифига не помню! И, главное, Лёльк! Меня мучает вопрос: так переспали мы, или не переспали? А если второе, зачем меня этот кретин раздел???

- Раздел? В каком... в каком смысле?

- Да представляешь, проснулась голая, а его нет. Тебя-то хоть только поутру, получается, забраковали, а меня, сволочи, подготовили, обнажили... а потом... потом – бабах! И оставили, как есть!

- Во, коз-з-зё-ё-ёл!

- Вот именно! Такая гадость! Утешаюсь тем, что мне – только за пьяную кондицию краснеть.

- А мне, выходит, краснеть ещё и за «не оправдала»...

- Фигня! Мы – не краснеющие блондинки! Мы, напоминаю, «я – не я»!!!

ГЛАВА 6.

Егор Александрович, окончательно оправившись и от бодуна, и от «разводной» обиды, к вечеру субботы, окончательно пришёл в себя. Мужчина чувствовал облегчение от того, что предательница-Светка от него отвалилась, плюс, ощущал к «новому другу» некоторую благодарность.

Не будь этой, расплывчато вспоминаемой, «дамы-не дамы», так и ходил бы обиженным и рогатым. А теперь, с её лёгкой руки, всё в душе устаканилось, всё стало, как всегда – благостно и спокойно. Достойному человеку вновь можно ходить с высоко поднятой головой.

Всё вполне логично расставилось по местам и насчёт свидетельства о разводе. Они же с «другом» пылко обсуждали, как раз, развод! Конечно, не вспомнилось, но, если логически, вполне могло быть, что они друг другу демонстрировали пакостные документы. Вот всё и перепуталось!

Он взял (или ему случайно подсунули) чьё-то чужое... Подсунули это вот, с дамскими ФИО, не характерными мужественной фактуре. Стало быть, что? Стало быть, нужно пробить адресок нового «друга», и съездить, обменять документы.

Он решил прошвырнуться туда под вечер – самое лучшее время. Во-первых, все давно встали, а во-вторых, готовятся встретить новый рабочий день.

Это был обычный панельный дом в спальном районе. И, естественно, вместо приветливо распахнутых дверей парадной, его поджидал заградительный домофон.

- Алло? - хрипло, с дамским оттенком, прогрохотал аппаратик.

И Егор Александрович вдруг глупо отзеркалил:

- Алло...

Чёрт его знает, но отчего-то стало немножечко неуютно. Всегда так случается, когда в жизни у тебя был спонтанный и смутно запомнившийся эпизодик, а теперь тебе предстоит, уже на свежую голову, с этим столкнуться. Ну, да, порядочный человек немножечко застеснялся.

- Алло? - приободрил его домофон и растерянно засопел, а полузнакомый гость воспрял. Не один он тут – такая розовощёкая стесняшка. Аппаратик, вон, тоже смущается.

- Алло! - уже бодренько пророкотал морально приободрённый мужчина и, спохватившись, прокашлялся, - К-хм, к-хм-хм-м-м.

- Чего Вы там кашляете? Я говорю, чего надо? - наверное, из стеснения, домофон кинулся ему хамить.

И Егор Александрович, окончательно расслабившись, пророкотал покровительственно:

- Я, собственно, позавчерашний знакомый. Егор... Егор Александрович. Здесь проживает Нина Андреевна Лозовая? Будете смеяться, но мне к ней... надо...

Зачем, спрашивается, он ввернул про «смеяться»? Домофон расстроился и тягостно замолчал. А гость немножечко подрастерялся. Глупо выходит – он тут примчался не просто так, а по делу, а хриплая дамочка перепугалась.

Поэтому, мужчина взял себя в руки: