Резким, отточенным взмахом правой кисти Клейн захлопнул барабан. Оседлав незримые мистические узы, он сквозь разделяющее их пространство намертво взял на мушку те самые координаты, где бесславно пало его подлинное тело.

Бах!

С ледяным хладнокровием он вжал спуск, выплевывая из ствола этот единственный, драгоценный снаряд.

Синхронно с выстрелом он, опираясь на эту паранормальную связь и пустив в ход одну лишь голую волю, виртуозно зачерпнул сокрушительную мощь самого «Замка Истока».

Бескрайнее море серой мглы мгновенно вскипело, заставив всё таинственное измерение зайтись в неистовой лихорадке. Подавляющая, но слегка отдающая мраком сила ревущим водопадом хлынула наружу, наглухо спеленав выпущенную пулю, и, пронзив разделяющий миры барьер, устремилась прямиком в материальную реальность.

Свечение под сводами «Замка Истока» на краткий миг предательски потускнело. Клейн, титаническим усилием воли задавив рвущийся наружу животный страх, сжал в руке историческую проекцию «Похоронного звона». Виртуозно сымитировав чувство свободного падения, он совершил отчаянный прыжок: прямиком к багровой звезде, символизирующей «Солнце», навстречу той самой крошечной склянке со своей собственной кровью.

Тем временем на бескрайней пустоши, в чьих недрах таился Чернобыль, легион Амонов в остроконечных мягких шляпах синхронно вскинул головы. Короли Ангелов неотрывно созерцали, как небеса прошивает ослепительная молния, взирая на ту самую зияющую пучину мрака, которую не смог разогнать даже этот электрический всполох.

Клоны Амона в унисон изящно поправили выточенные из хрусталя монокли. Выдержав короткую, звенящую паузу, Они издали коллективный, насмешливый смешок:

— Как-то не верится, что у него самого хватило бы тямы на подобный финт…

— Паллес?

— Неужто и Он присягнул этой тайной ложе, прикрывающейся картами Таро?

Город Серебра, резиденция семьи Берг.

Взор Деррика внезапно заволокло беспросветным мраком, словно все свечи в комнате разом, дотла выгорели.

Для любого обитателя Города Серебра подобный расклад не сулил ничего хорошего. В глазах Деррика уже изготовилось ослепительно полыхнуть очищающее сияние солнца.

Но именно в эту секунду из недр кромешной тьмы брызнула россыпь световых осколков, до боли напоминающих мириады суетливо извивающихся, прозрачных червей.

Та самая металлическая пробирка, которую только что принял Деррик, с хрустом разлетелась вдребезги. Из ее осколков выплыла густая, алая кровь. Воспарив в полувоздухе, она принялась стремительно, неумолимо дробиться и размножаться, намертво сплетаясь воедино с теми самыми искрами света.

Спустя какие-то жалкие две-три секунды эти световые фрагменты слились в монолит, обернувшись исполинской, слепящей сферой.

Световой шар хищно вытянулся, претерпевая гротескные метаморфозы, и в мгновение ока вылепил кристально четкий человеческий силуэт.

Фигура щеголяла рублеными, резкими чертами и леденяще суровым, каменным лицом. Увенчанный полуцилиндром и облаченный в черное драповое пальто, незнакомец сжимал в руке отливающий вороненой сталью револьвер. То был не кто иной, как Герман Воробей.

Клейн триумфально «одурачил» незыблемые законы мистики! Сыграв на загодя припасенной крови, он благополучно воскрес на фальшивых, иллюзорных координатах!

Ему даже не потребовалось представляться: Деррик безошибочно опознал гостя по той самой специфической, пугающей ауре. Сглотнув замершее на пару ударов сердце, паренек на чистых инстинктах расплылся в неконтролируемой, бьющей через край улыбке:

— Господин «Мир»?

Клейн слегка вскинул голову. Мазнув взглядом по малышу «Солнцу», который, казалось, успел еще больше вымахать в рост, юноша привычным, рефлекторным жестом поправил цилиндр.

Едва заметно кивнув, он проронил:

— В обозримом будущем я планирую осесть здесь, в «Земле, покинутой богами».

— Вот только прямо сейчас мне кровь из носу надлежит уносить ноги. Подставить Город Серебра под удар, притащив сюда Амона — чистой воды безумие.

— Если впредь подвернется подходящий шанс, я с превеликим удовольствием ударю с вами по рукам.

Деррик с полуслова раскусил скрытый подтекст в речах господина «Мира» и, тяжело кивнув, отозвался:

— По рукам!

И в тот самый миг, когда Клейн уже изготовился звонко щелкнуть пальцами, дабы ретироваться через «Огненный скачок», Деррик вдруг скосил на него глаза и, ткнув пальцем в стоящий поодаль шкаф, выпалил:

— Господин «Мир», вам не отсыпать в дорогу провизии? Там завалялись грибы, способные доиться молоком!

…Клейн титаническим усилием воли удержал лицо, не позволив уголкам губ предательски задергаться. Сохранив ледяную, суровую стать, он отчеканил:

— Молоко я на дух не переношу.

Едва эти слова сорвались с его губ, он звонко щелкнул пальцами, позволив клубку багрового пламени вырваться из кармана и окатить его с ног до головы, словно ревущий водопад.