Я развернулась к дверям и помчалась обратно в замок. У нас с Роузом было соперничество, взаимная неприязнь, но он всегда был холодным, отстраненным. Никогда прежде он не говорил со мной так, с такой неприкрытой яростью. Даже сейчас я не уверена, что именно заставило его прогнать меня — смущение… или он пытался защитить меня от самого себя.

Я неслась по коридору, почти не замечая, куда бегу. Наконец я нашла темное, пустынное место. Я сползла на пол, прислонившись к стене, и спрятала лицо в коленях.

Я пыталась перевести дыхание.

Но тут с конца коридора послышался тихий скребущий звук.

Я резко подняла голову.

Коридор был темным, но в его конце виднелся силуэт. Человек — высокий, плавно покачивающийся, словно призрак. Я застыла там, где сидела, не в силах пошевелиться, пока он приближался.

И вот он вышел на свет — Король.

Полагаю, когда-то король Александр был красив — его волосы все еще отливали золотом, стан по-прежнему был высоким и гордым, облаченным сегодня в черные праздничные одежды. Но его льняные пряди были взлохмачены и поредели, глаза покраснели, а под ними залегли огромные темные круги, глубоко запавшие в глазницы.

Он мерил коридор шагами, его походка была неровной и лихорадочной.

— Кости и кровь, кости и кровь. Что еще? Что еще?

Он прислонился к стене, тяжело дыша, а затем поднял глаза.

Он заметил меня.

— Что ты здесь делаешь? — прорычал он.

— Я… я… — заикнулась я. Как нужно обращаться к Королю? Я попыталась неуклюже присесть в реверансе, но это вызвало лишь насмешливую гримасу Короля. — Прошу прощения, Ваше Величество, — сказала я.

Я начала было уходить из коридора.

— Стой, — приказал он.

Я подчинилась, но чувствовала, как сердце бьется в горле. Король был явно мертвецки пьян, и ничего хорошего от встречи с могущественным человеком в темном коридоре ждать не стоило.

— Сэр? — произнесла я, стараясь сохранить формальный тон.

— Кто ты такая? — спросил он.

Я моргнула.

— Меня зовут Виола Синклер.

— Синклер, — прошипел он. Его губы сжались в тонкую линию. На его лице отразился гнев, который я не могла понять, будто я чем-то его оскорбила. Я никогда в жизни не встречалась с ним прежде, но сейчас он смотрел на меня так, словно ненавидел само мое существование.

— Каштановые волосы. Кудрявые. Как у твоей матери, — пробормотал он, почти про себя. — Но лицо — твоего отца. Да, я вижу это — в носу и щеках…

Я заикалась, сбитая с толку. Женщина, которую я считала своей матерью, была светловолосой. Конечно, никто из тех, кого я считала своими родителями, не был знаком с Королем.

Но теперь я знаю, что Александр вспоминал свою любовь, моего отца, короля с волосами цвета ночи, чьего лица я никогда не знала.

— Слишком долго, — пробормотал он. — Проклятый Туман… слишком долго. И это моя вина.

— Сэр? — Я уже не была уверена, что он вообще в здравом уме.

— Слишком долго… мой народ… моя вина… слишком чертовски слаб…

— Мне позвать кого-нибудь?

— Нет! — рявкнул он и вытер рот рукой. — Нет. — Он сделал шаг вперед. — Нам с тобой хорошо… прямо здесь.

Тревога скрутила мне живот. Его дыхание было таким тяжелым — казалось, он вот-вот рухнет.

— Слушай меня внимательно, девочка. Ты не можешь ей доверять.

— Сэр?

— Моей жене, — выплюнул он. Его лицо побагровело, глаза слезились. Он что-то принял? — Моей чертовой жене.

Я открыла и тут же закрыла рот, совершенно не зная, что на это ответить.

— Я знаю, кто ты, — понизив голос, сказал он. — Я знаю, что ты делаешь. Ты… ты можешь это остановить.

Это тот самый момент, когда мне следовало бежать.

Теперь я понимаю, что он имел в виду. Он узнал, кто я, как только услышал мое имя, как только вспомнил в своем помутненном состоянии, что они с Леоном припрятали в рукаве. Дочь. Темная мейга. Сила, равная силе Королевы.

— Ваше Величество, я не…

Он накренился вперед, и на его лице появилось необъяснимое выражение ярости. Король вцепился в подол моего платья, обвил рукой мою талию и впечатал меня в стену.

— Тьма, — закричал он. Его глаза были полны чистого бешенства, и я даже не была уверена, видит ли он меня или какую-то галлюцинацию. Всегда ходили слухи, что Король наполовину сумасшедший.

— Разве ты не видишь, девочка? Это она! Это она делает это со мной. Она хочет всё. Все это гниющее Королевство. — Он был почти в слезах. — Я не могу остановиться — я недостаточно силен… — И тут он разрыдался.

— Сэр… — проговорила я, изо всех сил стараясь звучать утешительно, но все еще охваченная страхом. Мои тени уже ныли, желая вырваться на свободу.

— ТЫ! — закричал он, снова переключая внимание на меня и прижимая меня к стене. Он держал меня за руки, тряся, и я всхлипнула — слезы страха потекли по моим щекам.