— Тьма, — снова прорычал он. В его глазах было столько ненависти, но что-то еще. Горе. — Ты можешь ее остановить. Ты. Ты. Прежде чем она… — Его лицо стало пепельно-серым, когда он уставился на меня, а его глаза… их затянуло тонкой белесой пленкой.

— Зверь тьмы. Смерть в одеянии невинности. Высвободи тьму.

— Пожалуйста, остановитесь, — умоляла я сквозь слезы. Тени пробивались из моих пальцев, обвиваясь вокруг моих кистей.

— Перестань сдерживаться! Ты можешь это прекратить! Ты можешь спасти наше Королевство! Ты!

Александр взревел, бросившись на меня и вдавив кулак мне в горло. Я начала задыхаться. Зрение поплыло пятнами, и через мгновение легкие обожгло. Я бесполезно дрыгала ногами, пытаясь оттолкнуть его, царапала его руку ногтями. Ничто не могло разорвать железную хватку, которой он меня держал.

Чернота начала застилать края моего зрения. Он убивал меня. Я собиралась умереть.

Одна. В темном коридоре. От рук безумного Короля.

Если только…

Как только эта мысль родилась, мои тени приняли ее как разрешение. Как только страх за свою жизнь овладел мной, они вырвались из меня, подобно темному инферно.

Я даже не знала, как далеко они простирались, насколько сильно заполнили тот темный коридор.

Мгновенно я оказалась окружена ночью и потеряла сознание. Когда я очнулась, тело Короля лежало рядом со мной, и его серебряные глаза смотрели прямо на меня. И я поняла, что убийца во мне никуда не делся.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

— Пожалуйста, — умоляю я Роуза. — Я не хотела… мне так жаль.

Он смотрит на меня. Его руки все еще лежат у меня на талии, но у меня такое чувство, что он едва их ощущает.

Чья-то рука осторожно ложится ему на плечо. Я вздрагиваю — я даже не видела, как подошла Белладонна. Она мрачно смотрит на меня сверху вниз.

— Мне жаль, Роуз, — говорит она голосом Королевы. Ее слова звучат утешительно, но голос холоден. — Ты не можешь винить себя за то, что она завлекла тебя в свои сети. В конце концов, у нее темная магия. Самая темная — истинная дочь Кастелля. Твой отец распознал ее, и она убила его.

— Я не хотела. — Я почти кричу это, отступая от Роуза на шаг. Это тот крик, который я отчаянно хотела издать с тех пор, как это случилось, с тех пор, как я пряталась от правды.

— Это то же самое оправдание, которое ты используешь для того следа из тел, что оставила на своем пути? — усмехается Королева устами Олеандры. Сестры окружают нас.

Я отчаянно качаю головой.

— Это не так. — Я умоляюще смотрю на Роуза. — Роуз, наши отцы… они любили друг друга. Они хотели положить конец войне…

Чья-то рука ударяет меня по лицу, когтистые, как у хищника, ногти Белладонны впиваются в кожу, и я вскрикиваю от боли, сжимаясь на полу скорее от стыда, чем от чего-либо другого.

— Замолчи! — ревет она. — Ты убийца, лгунья и предательница. Ты принесла мор смерти в наше Королевство, и я больше не желаю слышать яд, исходящий из твоих уст.

Слезы теперь текут свободно — мой стыд обнажен перед Роузом и его жестокой семьей. Сестры подходят ближе, и терновник вокруг нас становится гуще.

— Ты разрушала жизни, Виола Синклер. Ты убивала и лгала с тех пор, как пришла в это Королевство, — глумится она.

— Это был несчастный случай, — слабо умоляю я, даже когда тьма прокрадывается в мое сердце. Даже когда стыд становится почти невыносимым.

— Это то, что ты есть, — выплевывает голос мертвой Королевы. — Жалобное, порочное создание. Ты не можешь не убивать. Это в твоей природе.

Она поворачивается к Роузу.

— Она бы убила и тебя, Принц. В конце концов. Она уничтожает всех вокруг себя.

Он ничего не отвечает матери. Он только смотрит на меня, его лицо все еще застыло в шоке, белое как кость.

— Все это время… Ты говорила, что помогаешь мне найти того, кто убил моего отца.

Горячие слезы все еще текут по моим щекам.

— Я надеялась… надеялась, что смогу найти другое объяснение. — Я думаю о профессоре Борхесе. — Чтобы никто больше не погиб.

— Ты лгала мне, — хрипит он.

— Нет, — говорю я, и мое сердце болит. — Я не лгала. Но я не могла сказать тебе правду.

— Я любила его, — кричит Королева. — Я любила Александра, и твой отец — причина, по которой он никогда не отвечал на эту любовь взаимностью. Никогда не любил наших дочерей. И ты — причина, по которой он мертв. — На лице Белладонны подлинное горе, искаженное выражением духа ее матери.

Страдание, реальное и инстинктивное, горит на ее лице. Я стала причиной этой боли. Я причина стольких страданий. Коул. Мой брат. Король.

Королева права.

Я — злодей этой истории.

Я — монстр.

Я зажмуриваюсь.

Но я слышу, как приближается Роуз. Он больше не обращает внимания на мать. Его глаза устремлены на меня, сжавшуюся, как трусиха, на полу. Медленно он опускается передо мной на колени. Он поднимает руку, словно хочет коснуться моего лица, прежде чем понимает, что его руки все еще обнажены. Вместо этого он берет меня за плечи.