Всю дорогу до места Беннет молчит. Сидит напротив, скрестив руки на груди, с кислым выражением лица, уставившись в тускло освещенный лес. Погруженный в свои мысли, даже не замечает, когда я пытаюсь поиграть с ним в «ножки» под общим пледом, когда никто не смотрит.

Или, может, он меня игнорирует. Что изменилось между нашим временем в его спальне и посадкой в сани?

Полозья наезжают на камень, и меня впечатывает в плечо Кендры. Мы обе вскрикиваем от удара. Смотрю на Беннета, заметил ли он, но парень даже не смотрит в мою сторону.

— Ты в порядке, дорогая? — спрашивает Эзра Кендру. Он ощупывает ее плечо и смотрит в глаза. Ему есть дело, чего не скажешь о Беннете.

Это не должно беспокоить. В конце концов, именно я так настаивала на том, чтобы держать нашу договоренность ниже чьего-либо радара. Он, наверное, просто проявляет чрезмерную осторожность.

Верно?

Мгновения спустя сани останавливаются перед чисто-белым снежным покрывалом. Деревья с этого места убраны, создавая широкую прямоугольную поляну. Гости толпятся ближе к центру, многие из них время от времени смотрят на землю.

— Ты привез нас на пустое поле? — спрашиваю я.

— Встань и посмотри еще раз, — говорит Эзра с усмешкой.

Когда я встаю, угол обзора меняется, и я понимаю, что он имеет в виду. Люди в поле смотрят не на землю. Они смотрят на узкую полоску воды.

— Может, я просто пропущу это, — говорит Беннет.

Эзра хватает его за руку и поднимает на ноги.

— Боюсь, не выйдет. Это парное мероприятие, и ты застолбил партнершу за обедом. Ты не испортишь веселье Кэт.

— Она может быть в паре с той горячей штучкой, которая предлагала раньше, — он пытается вывернуться из хватки брата, но Эзра держит крепко. — Для меня это не веселье, чувак. Отпусти!

Эзра делает, как он просит, отпускает куртку, и Беннет вываливается из саней. Мы спешим за ним, чтобы он не смог улизнуть обратно в безопасность.

Когда полностью выходим на поляну, могу рассмотреть больше окрестностей. По периметру разбросано несколько бревенчатых построек. Некоторые узкие, а некоторые более приземистые и толстые. Из вентиляционных отверстий на крышах более толстых зданий поднимается пар.

— Что это всё такое? — спрашиваю Кендру.

Она выглядит такой же озадаченной, как и я, оглядываясь по сторонам.

— Понятия не имею. Эзра и ребята сами этим занимались.

— И всё же меня не включили в планирование, — ворчит Беннет.

— Да, что ж, если бы ты не был так занят, бегая за юбками во Флориде, мы бы, может, и включили тебя, — Эзра сверлит Беннета взглядом, который заставляет его замолчать.

Эти маленькие уколы в его адрес обычно вызывали у меня чувство радости, но не в этот раз. Неужели никто больше не видит проблеск боли в его глазах? Может, этот проблеск – что-то новое, вызванное нашей маленькой интрижкой. Может, я его смягчила.

Или, может, этот проблеск был там всегда, а мы все были слишком поглощены собой, чтобы его заметить.

Откладываю маленькую деталь на потом. Если подниму эту тему сейчас, он займет оборону, и я не смогу добиться правды. На самом деле, скорее всего только оттолкну его. И мы вернемся назад. Его стены уже подняты по какой-то причине, которую еще предстоит выяснить, и последнее, что нужно, – чтобы его сигнализация начала выть.

— Все, соберитесь сюда, — зовет Эзра людей, бродящих по краям узкой полоски воды.

Но когда мы подходим ближе, понимаю, что там не одна дорожка. Их несколько, каждая на равном расстоянии от следующей. Дорожки не очень длинные, но с этого расстояния не могу сказать, насколько они глубокие.

Из группы, направляющейся к нам, появляется Ева. Она подходит ко мне, берет под руку и притягивает ближе.

— Рада, что ты добралась, — говорит она.

— Ты знаешь, что мы делаем? — спрашиваю я.

Она качает головой, косички трутся о внутреннюю подкладку капюшона.

— Понятия не имею. Пыталась вытянуть побольше информации из Маверика, но он сказал, что Эзра сломает ему пальцы, если он разболтает детали.

— Кстати о Маверике…

— О! Точно! — она начинает уводить меня от группы, но Эзра останавливает ее.

— Леди? — говорит он, прочистив горло. — Если вы не возражаете, я как раз собирался объяснить мероприятие.

Мы дарим ему одинаковые смущенные улыбки, затем возвращаемся к группе.

Пока Эзра объясняет правила мероприятия, я пытаюсь слушать, но мысли постоянно возвращаются к Беннету и Маверику. Ева может ответить на любые мои вопросы о последнем, но не может сказать, почему меня это больше не волнует.