И каким-то чудом до сих пор знаешь меня лучше всех на свете.

Ты безошибочно отличаешь мое молчание из-за усталости от ступора. Сразу понимаешь, когда я собираюсь провернуть привычный трюк – прикинуться, будто мне плевать и дела идут прекрасно, хотя на самом деле все летит к чертям. Ты, по сути, единственный человек, способный взглянуть на меня и без лишних слов прочесть правду, словно со страницы книги. Бесит, если честно. Но именно этого будет не хватать сильнее всего.

Не стану притворяться, будто меня не будоражит мысль об учебе в колледже. Новые друзья. Новые товарищи по команде. Новые впечатления.

Но в то же время я без конца думаю о расстоянии. О том, как легко люди обещают, что ничего не изменится, а сами уходят с головой в дела и позволяют отношениям угаснуть. Думаю о том, как грядущий год может превратить наше общение в короткие звонки и сообщения, ответов на которые приходится ждать все дольше, пока в один прекрасный день я не обнаружу, что больше вообще ничего не знаю о твоей жизни.

Я так не хочу.

Наши отношения – настоящие, и дружба всегда значила куда больше, чем я когда-либо признавался.

Поэтому вот обещание: я всегда на расстоянии одного звонка. В каком бы городе ни оказался, сколько бы времени ни показывали стрелки часов. Если понадоблюсь тебе – я рядом.

И делюсь мыслями лишь потому, что не хочу, чтобы со временем ты сомневалась в моей искренности. Я не стану втягивать тебя в запутанные драмы прямо перед отъездом. Ты заслуживаешь большего. Заслуживаешь того, кто сможет находиться рядом, а не за сотни километров, увязнув в собственной жизни и мечтах.

Но ты все равно мой человек. Мой лучший друг. И я по-прежнему на расстоянии одного звонка.

Спасибо, что остаешься рядом во что бы то ни стало. За то, что знаешь меня лучше всех и никогда не оборачиваешь худшие стороны против меня самого.

Дружить с тобой никогда не составляло труда.

Тяжелее всего оказалось желать большего и делать вид, будто ничего не происходит, ведь твой папа тренировал команду, а наша дружба всегда стояла во главе угла. Время и обстоятельства неизменно удерживали нас по разные стороны черты. Я просто хочу, чтобы ты знала: мне пришлось несладко.

Так что наслаждайся выпускным годом без меня.

И надеюсь, когда-нибудь обстоятельства наконец сложатся в нашу пользу и мы снова окажемся в одном городе.

С любовью,

Дек

Из груди вырывается глухой, невеселый смешок. Миновало пятнадцать лет, а мало что изменилось: мы снова делим один город, папа по-прежнему его тренирует, а я сижу на полу в подвале и перечитываю строчки мальчишки, превратившегося в мужчину, – в человека, которого до сих пор не положено желать.

Аккуратно сложив листок по старым сгибам, я заталкиваю письмо обратно в альбом и закрываю коробку, втайне жалея, что не хватает духу все выбросить.

Отсиживанием на месте делу не поможешь, а вот шаг навстречу будущему вполне способен все исправить, так что я беру в руки телефон. На экране высвечивается сообщение от Лейтон.

Лейтон: Он свободен. Все еще хочешь, чтобы я дала ему твой номер?

Глава 9

Деккер

Я беру шлем для отбивающего и пытаюсь вспомнить, когда в последний раз бейсбол казался мне простой игрой.

— Парни, отстаете, — говорит Дрю. — Вам нужно довести Истона до дома, чтобы вообще иметь хоть какой-то шанс выйти вперед в этой серии. А учитывая, что он сейчас на первой базе... — он морщится. — Удачи.

— Отвали, Дрю, — бросает Хейс. — Радуйся, что хоть как-то отрабатываешь свою новенькую огромную зарплату с тем, как паршиво ты отбиваешь в этом месяце.

Я оглядываюсь через плечо, и Хейс качает головой, безмолвно говоря не позволять ДИКам забраться мне в голову.

Когда ДИКи присоединились к команде, я был только за наши ежемесячные пари между инфилдом и аутфилдом на то, кто заработает больше ранов. Здоровая конкуренция – это хорошо, но ДИКи заходят слишком далеко, когда у нас спад в игре.

А может, сейчас меня это бесит сильнее, потому что их блестящие новые контракты могут стать причиной, по которой руководство «Кольтс» не захочет продлевать меня в этом году.

— Контракт Золотого висит на волоске. Я почти уверен, что Харкинс займет третью базу, как только твоя бита тоже перестанет работать.

— Завязывай с этим дерьмом, Дрю, — тихо и твердо говорит Йен. По крайней мере, у одной трети ДИКов хватает мозгов понять, когда Дрю переходит черту.

— Давай уже, проси обмен, — бормочет кто-то еще в дагауте.

— Вы как чертовы бородавки, от которых никак не избавиться, — выдает Торрес.

Дрю сцепляется с Торресом, чья очередь отбивать после меня, а я оставляю их собачиться и выхожу из дагаута, чтобы подготовиться.