— Можешь так и говорить, что до свадьбы. Я переживу. — горько смеюсь.

— Ну да. До свадьбы. — скромно договаривает.

— Я ведь не дерматолог, Юля. Мало что-то понимаю в высыпаниях. Особенно детских.

— Мы сдали анализы, как порекомендовал наш семейный врач. Только он уже несколько дней без связи. Хотя бы просто посмотреть, в порядке ли там все. Я… переживаю и местным не очень доверяю.

Я сжимаю руль и думаю, что сама скоро стану мамой.

Это ужасно — когда малыш болеет, а ты не можешь помочь.

— Хорошо, — с неохотой соглашаюсь. — Давай, я подъеду. Где вы остановились?

Юля верещит.

— Спасибо тебе, Соня. Мы у моих родителей. Очень жду.

Глава 7. Софья

— Ох уж эти Громовы! — ворчу, заезжая на ухоженную территорию. — Мало того что один из них регулярно колется и тычется изнутри — прямо в ребра, они еще и снаружи со всех сторон меня облепили.

Дом родителей Юли и Мирона огромный, но какой-то теплый, что ли. Из красного кирпича, с широкой террасой и высокими окнами. Красивый, даже сказочный.

Осознание, что Костя здесь часто бывает, бьет по нервам, но потом я себя успокаиваю. Их с Юлей отцы — братья, мамы — насколько я знаю, подруги с юности. Не думаю, что меня здесь будут рады видеть…

Тогда зачем приехала?

Мамы ежиков бывают такими глупыми…

Я отворяю багажник и забираю небольшой кейс, который использовала при прохождении практики. Закрыв лицо маской и, захватив несколько пар силиконовых перчаток, набираю Юле, чтобы встретила.

Демидова, как всегда, приветлива, но в этот раз по-особенному. Не знаю, может быть, разговор на похоронах моей Жанны, когда я впервые услышала о том, что у Кости есть невеста, произвел на нее такое впечатление.

Я мало что помню от тех дней.

Да и ни к чему это теперь.

В конце концов, нет никакой существенной разницы, что произошло между нами. Как мы с Костей друг друга обманывали и какими путями пришли к тому, что имеем.

Он… через десять дней женится.

И если Громову так противны чужие жены, то чужие мужья вызывают у меня не меньшее омерзение.

На самом деле, мы давно умерли друг для друга.

Желаю ли я ему счастья? Ответ однозначный — нет! Я не такая добрая, пусть за Костю помолятся другие. Например, его мать. Ведь более невоспитанной и бесчувственной женщины я за всю свою жизнь не встречала.

— Спасибо, что приехала, Соня.

— Температуры у него, надеюсь, нет? — захожу в дом.

Честно признаюсь — с опаской, но сразу расслабляюсь.

Здесь тихо и пахнет цветами. Нет никого.

— Температуры? Нет, конечно. Не дай бог! — Юля забирает мой пуховик и отправляет его в шкаф, пока я поправляю объемную толстовку. — Пойдем на второй этаж. Я думала это что-то вроде пищевой аллергии, убрала все что советовали: молочное, глютеносодержащие продукты и сахар, даже фрукты. Но все бесполезно, Сонь.

— Думаю, надо успокоиться и выяснить причину высыпаний. — захожу в детскую и… улыбаюсь. — Боже, как здесь чудесно! — не сдерживаюсь.

— Спасибо. Передам маме. Это она все обустраивала. Для внуков.

Я не могу остановиться.

Озираюсь по сторонам и зависаю на деталях.

Если бы я делала комнату для своего Ежика — она была бы именно такой. В современных, бежевых оттенках, с белой, деревянной мебелью и яркими, сумасбродными акцентами в текстиле.

Из кроватки доносится плач.

Я подхожу ближе и еще шире улыбаюсь.

Какой классный босоногий пацан! Глаза Юлькины, а на лицо — вылитый Лев Демидов. Такой маленький депутат в подгузнике. Важный и рассудительный.

— И сколько Кириллу Львовичу? — смотрю на Юльку.

— Кириллу Львовичу год и пять месяцев. — гордо отвечает.

— Какой взрослый мужчина! А где можно помыть руки?

— В ванной комнате. Прямо по коридору, дверь справа.

— Отлично. — выхожу из комнаты.

Когда возвращаюсь, пациент уже лежит на расстеленной в центре кровати пеленке.

— Так посмотрим. Ты говорила, у тебя есть результаты анализов?

— Да. Сейчас… — выбегает из комнаты.

Малыш сразу начинает рыдать, мне приходится подхватить его на руки, чтобы покачать.

Сделать это сложно, потому что они дрожат от волнения.

Я поверить не могу: у меня тоже будет такой. Щекастый и пахнущий молоком, с крохотными пальчиками и умными глазами. Я буду его любить так, как никого не любила.

Я так хочу любить…

— Вот, Соня… — Юля возвращается, и я отвлекаюсь от Кирилла на бумаги.

Затем провожу аккуратный осмотр.

— Анализы у вас идеальные. Хоть завтра в космос. Аллергическая панель… — задумчиво просматриваю результаты. — Тоже некритично.

Расстегнув песочник, проверяю сначала животик, а затем спинку. Кожа у малыша нежная, складочки аппетитные, так бы и поцеловала.

— Сыпь есть, но она почти незаметная… — смотрю с укором на Юлю.

Неужели она из тревожниц?

— Да? А я так переживаю из-за этой сыпи. В интернет зашла…