Его слова резко перехватили моё дыхание, в то время как кровь сильно пульсировала в висках, отдаваясь в черепе бешеным стуком моего жизненно важного органа. Его два чёрных зрачка оторвались от моих, чтобы медленно скользнуть к моим губам, которые они зафиксировали, и в них вспыхнул опасный огонёк. И я почувствовала, как горю. Я сгорала от одной лишь ласки его взгляда. Я увидела, как его лицо приближается к моему. Он был близко, слишком близко. Наши губы едва коснулись друг друга, электризуя моё тело, и...

Внезапно раздался телефонный звонок.

Каз выругался сквозь зубы, отстраняясь, в то время как у меня появилось ощущение, что я наконец вернулась на поверхность, где воздух мог хлынуть в мои лёгкие. Я, не медля, повернулась к кухне, направилась к раковине, где поспешно наполнила стакан водой, в то время как низкий голос моего телохранителя раздался в комнате:

— Что, чёрт возьми? — сухо бросил он человеку на другом конце провода.

Я осмелилась взглянуть в его сторону. Он стоял в профиль, тело напряжено, челюсть стиснута, брови нахмурены.

— И в чём проблема с этим грёбаным грузом?

Наркотики. Это о наркотиках он говорил со своим собеседником. Как кто-то говорит о распродаже одежды, он говорил о героине, кокаине и амфетаминах с ошеломляющей отстранённостью. И он тут же отошёл на несколько шагов, продолжая свой телефонный разговор. Он снова надел эту непроницаемую броню, которая всё больше и больше замыкала его черты. Броню преступника. Потому что мир банд был и этим:

Подавлением своей человечности.

18

Эрато

Пусто.

Этот чертов холодильник был совершенно пуст!

Я с досадой захлопнула дверцу, а затем решительным шагом направилась к комнате Каза. Даже не потрудившись постучать, я резко распахнула дверь и почти сразу наткнулась на его темные глаза, которые уставились на меня, а одна бровь вопросительно приподнялась.

— У нас совсем не осталось еды. Нам правда нужно съездить за продуктами! — воскликнула я.

Лежавший на кровати с сигаретой в зубах, высокий брюнет медленно поднялся, не разрывая зрительного контакта. Он небрежно подошел ко мне, остановившись, когда навис надо мной всем своим ростом, а затем наклонился к моему лицу и выдохнул свой токсичный дым. Я сдержалась, чтобы не закашляться, отступая, пока этот придурок издавал смешок, который я больше всего на свете мечтала заставить его замолчать. Но я просто испепелила его взглядом, не будучи в настроении для наших рутинных пререканий.

— Что? Мадам не переносит сигаретный дым?

— Вовсе нет. Это тебя я не переношу! — парировала я.

На его губах появилась наглая улыбка, словно дразня меня, прежде чем он прислонился плечом к дверному косяку, продолжая курить с безразличием.

— Прекрати это и следуй за мной прямо сейчас. Мы едем, — твердо приказала я.

— У меня есть право надеть футболку?

Мои глаза расширились, прежде чем опустились на его голый торс прямо передо мной. Я почти сразу почувствовала, как пересохло во рту от его рельефных и божественно очерченных мышц, начиная с пресса, грудных мышц и V-образной линии, украшающей низ живота. Все это было подчеркнуто черными рисунками, впечатанными под его гладкой кожей. Мое лицо, казалось, внезапно покраснело, и я резко отвела взгляд. Жалкая, Эра!

Сильно позабавленный моим внезапным смущением, Каз снова усмехнулся, пока я убегала в гостиную, требуя, чтобы он надел что-нибудь наверх.

Когда он появился на первом этаже несколько минут спустя, я не успела даже среагировать, как он внезапно натянул на мою голову шлем, заставляя меня поднять подбородок, чтобы правильно его застегнуть, и безапелляционно объявил:

— Едем на мотоцикле.

Я прижалась к его спине, и мы мчались на высокой скорости среди зеленых просторов, ветер неистово хлестал мои голые руки, пока я молча наслаждалась видом и ощущением скорости, разливающимся по моим венам. Словно чувство свободы…

Как ни странно, несмотря на сумасшедшую скорость, с которой мчался Кровавый Жнец, рядом с ним я чувствовала себя в безопасности. Кожа к коже, мои руки крепко держались за ткань его черной футболки, и я вдруг поняла, что доверяю этому человеку, каким бы удивительным он ни был, слепо. Рядом с ним мне казалось, что со мной никогда ничего не случится, если только он сам не решит причинить мне боль. Рядом с ним я была спокойна. И это чувство зависимости пугало меня так же сильно, как и успокаивало.

Мы быстро добрались до большого супермаркета, расположенного на въезде в Окленд. Каз припарковался, и мы одновременно слезли, после чего он помог мне снять шлем.

— Черт, не могу поверить, что я не заходил в подобное место, наверное, года два, — проворчал высокий брюнет, когда мы прошли через автоматические двери магазина.

— Супермаркет, Каз. Это место — просто супермаркет, — вздохнула я.

Я схватила тележку и направилась вдоль рядов, а Кровавый Жнец следовал за мной по пятам. Я достала телефон и пролистала список, который создала в заметках перед отъездом. В этот момент я почувствовала присутствие над своим плечом: он с любопытством смотрел на мой экран.