Ее покрасневшие от слез глаза сначала расширились от удивления, прежде чем она, наконец, нерешительным жестом схватила слишком большую кожаную куртку. Надев куртку, она, снова всхлипнув, произнесла тихое, почти неслышное «спасибо». Определенно, когда эта заноза выпьет, ее не узнать... Я направился к своему мотоциклу, припаркованному чуть дальше, не обращая на нее больше внимания, и взял шлем. Когда она подошла ко мне, я протянул ей его без слов, а она изучала меня своими большими круглыми глазами, словно я был чертовым инопланетянином, и нерешительно взяла шлем.

— А ты? Опасно ездить без шлема, — тихо сказала она, надевая его.

Я схватил ее за подбородок, поднял ее голову, чтобы правильно застегнуть шлем.

— Не стоит беспокоиться, ангел мой. Я совершал вещи гораздо более рискованные в своей жизни, — парировал я.

Затем я оседлал мотоцикл, простым кивком показав Эре, чтобы она сделала то же самое. Она колебалась несколько мгновений, прежде чем, наконец, забралась на сиденье. Почувствовав, что она остается неподвижной, как чертова статуя, у меня за спиной, я вздохнул, схватил ее за руки и обхватил ими себя. Почувствовав, как она напряглась, я слегка усмехнулся.

— А я-то думал, ты менее чопорна, после того, что я видел сегодня...

Как я и ожидал, она более уверенно обхватила мое тело, даже вцепившись пальцами в ткань моей футболки. Предсказуемо, ангел мой...

Положив руки на акселератор, я посоветовал ей крепче держаться, прежде чем рвануть с места.

Когда мы наконец приехали, девчонка слезла первой, сняла шлем и протянула его мне. Как ни странно, ярость, которая бушевала во мне чуть раньше, казалось, почти полностью улетучилась, и в этот момент у меня было только одно желание: рухнуть в постель и проспать до следующего дня. Я так давно не высыпался по-настоящему.

Когда я направлялся к дому, мой телефон внезапно завибрировал в заднем кармане.

Это был Нокс.

— Если ты собираешься спросить, жива ли она еще, то ответ — да. Насколько долго — понятия не имею, — проворчал я.

— Каз, у меня есть для тебя информация. И она совсем не хорошая...

Я резко остановился. Нокс не из тех, кто говорит так серьезным тоном, если только дело не обстоит действительно плохо.

— Вчера разнесли одну из наших баз в Санта-Барбаре, — продолжил он. — И пятеро наших парней погибли. Маркус, очевидно, думает, что это дело рук Призраков. Эти ублюдки вели себя странно тихо последние несколько дней, и у меня чертовски плохое предчувствие, чувак.

— А что насчет того, о чем я тебе говорил? Есть новости?

— Я взломал немало камер видеонаблюдения и... Послушай, я не совсем понимаю, что происходит, но это что-то гораздо более мрачное, чем мы предполагали. Думаю, не зря босс так настаивает, чтобы ты защищал его дочь. Он тоже, должно быть, чувствует, что дерьмо на подходе... Тебе обязательно нужно усилить охрану вокруг Эрато.

Я вздохнул, ущипнув себя за переносицу, чувствуя, как мои нервы накаляются. Эта ситуация не предвещала ничего хорошего, и, как будто всего этого было мало, у меня начала чертовски болеть голова.

— О, и еще кое-что... Я предупредил Маркуса что его дочь сбежала, — выпалил он на одном дыхании. — Спокойной ночи!

— Что ты сделал?! — закричал я.

Но было уже слишком поздно. Этот маленький ублюдок уже повесил трубку.

Когда я наконец вошел в дом, я заметил силуэт этой занозы, лежащей на диване. Она даже не в состоянии подняться на несколько ступенек, чтобы добраться до своей комнаты, серьезно? Я тихо подошел к ней, на мгновение разглядывая ее черты, умиротворенные сном, и ее тело, растянувшееся на диване, едва прикрытое этим платьем, которое могло бы развратить самого святого...

У меня вырвалось ругательство, прежде чем я наклонился к маленькой брюнетке, просунув руку под ее ноги, а другую под спину, чтобы поднять ее с нежностью, на которую, как мне казалось, я не способен. Я осторожно поднялся по ступенькам в ее комнату и положил ее на кровать. Мои глаза снова задержались на ее ангельском лице и слишком мало прикрытом силуэте, заставляя меня яростно натянуть на нее одеяло, прежде чем я, внезапно раздраженный, направился в свою комнату.

Эта девчонка, черт возьми, действительно сведет меня с ума...

8

Эрато

Каждый звук болезненно отдавался в моей голове, и сильная головная боль, казалось, колотила изнутри, заставляя меня морщиться.

Возможно, я слегка переоценила свою устойчивость к крепкому алкоголю...

Сидя на кровати, я массировала виски, пытаясь вспомнить события вчерашнего дня, когда я внезапно приняла решение сбежать, как пятнадцатилетний подросток, угнав машину Каза, чтобы отправиться тусоваться в первом попавшемся сомнительном клубе.