Ход моего вечера вернулся в память: мое прибытие в клуб, бармен, который запал на меня и угощал напитками, и те мутные типы, которые после попытки распустить свои слишком шаловливые руки, убедили меня подняться на сцену, чтобы показать им небольшое представление... По спине пробежали мурашки, когда я вдруг вспомнила конец этого хаотичного похода и яростный вид моего телохранителя, когда он, наконец, нашел меня.

«Ты совсем безрассудная, или ты просто хотела, чтобы тебя поимел один из этих старых извращенцев?»

Я резко тряхнула головой, отгоняя его обвиняющий голос. Это правда, что я действовала опрометчиво накануне и, не оценив последствия своих действий, подвергла себя опасности. Но разве не этого я хотела в конце концов? Подвергнуть себя опасности?

Я встала, быстро взглянув на телефон, и обнаружила, что уже полдень. Я надела большой свитшот, более удобный, чем маленькое платье, в котором я провела ночь, а также тканевые шорты, и спустилась на кухню. Мое горло, шершавое, как бумага, жаждало одного: немедленно увлажниться.

Проглотив большой стакан ледяной воды, я поднялась в ванную с твердым намерением найти какое-нибудь лекарство, способное избавить меня от ужасной мигрени. Решено, я больше никогда не буду пить...

Решив проблему с похмельем, я вышла на террасу, чтобы позвонить отцу. Он, казалось, был в курсе моего маленького ночного приключения и оставил мне не менее десятка СМС, где требовал немедленно перезвонить, вероятно, вне себя от беспокойства... или, может быть, от ярости. Неудивительно, что он взял трубку с первого же гудка:

— Эрато? Боже, что на тебя нашло? С тобой все в порядке?

Я вздохнула, чувствуя, что головная боль грозит вернуться в любой момент.

— Да, все в порядке... Прости, что заставила тебя волноваться, это было незрело с моей стороны, но... Я просто задыхаюсь здесь! У меня такое чувство, будто меня наказали и заперли в комнате, как ребенка, — воскликнула я.

— Совместное проживание с твоим телохранителем проходит неважно?

— Скажем так, у нас довольно конфликтные отношения...

— У Каза немного агрессивный характер, это правда. Но он также один из моих лучших людей. Он самый компетентный для обеспечения твоей безопасности, Эра...

Воспоминание о его сильной руке, сжимающей мое горло с ненавистью, и о его леденящих душу комментариях вернулось ко мне, и у меня вырвался тихий ироничный смешок. Обеспечить мою безопасность? Ну конечно... Скорее, от него самого нужно меня защищать.

— Кстати, что он делал вчера вечером, пока ты сбегала? Он должен был заметить твой маленький побег до того, как он перерос в нечто большее, — продолжил отец более жестким тоном.

Я прикусила губу, охваченная внезапным чувством вины, которое меня удивило. В конце концов, если его немного отчитают, это должно меня только радовать, не так ли?

— Если он рядом, передай ему трубку! Мне нужно сказать ему пару слов...

— Н-нет, я думаю, он еще спит и...

Я не успела договорить, как хриплый голос за моей спиной внезапно прервал меня:

— Передай мне.

Я обернулась и увидела высокого брюнета. Его растрепанные волосы, а также его маленькие сонные глаза свидетельствовали о том, что он только что выбрался из постели. Вытянув руку в моем направлении, он ждал, пока я отдам ему телефон. Вопреки себе, я украдкой пробежалась взглядом по его мускулистой и татуированной груди. Почему у него была эта досадная привычка никогда не носить футболку, черт возьми?

Покраснев, несмотря на себя, я более уверенно посмотрела ему в глаза и протянула телефон.

— Ага, Маркус, — начал он, поднося его к уху.

Я видела, как его брови хмурились с течением секунд, что говорило о том, что мой отец, должно быть, не просто справлялся о его делах или спрашивал, как прошел день...

— Мне плевать на твои проповеди. Главное, я нашел твою девчонку и привез ее целую и невредимую домой, после того как сломал челюсть паре придурков, которые хотели ее трахнуть, так что лучше поблагодари меня!

Меня всегда удивляло, как он обращался с моим отцом. Возможно, я не очень хорошо его знала, но легко могла догадаться, что глава наркокартеля был человеком, которого все боялись и уважали. Поэтому я не могла не завидовать тому, что Кровавый Жнец, казалось, чувствовал себя с ним настолько непринужденно, что даже не боялся последствий своей дерзости.

Брюнет замолчал на долгое время, лишь несколько раз кивнув головой, прежде чем внезапно уставиться на меня.

— Хорошо, я ее предупрежу. До завтрашнего вечера, Маркус, и будь осторожен, — сказал он, прежде чем повесить трубку.

Я нахмурилась, вопросительно глядя на него, пока он возвращал мне телефон.

— Предупреди о чем? И что значит «до завтрашнего вечера»? — тут же спросила я.

— Мне ты нравилась больше пьяная: меньше пререканий и гораздо более покорная...

Я стиснула зубы, когда он повернулся, чтобы уйти в гостиную, не дав мне внятного ответа. Не желая доставлять ему удовольствие увиливать, я раздраженно последовала за ним и окликнула:

— Ты не ответил на мой вопрос!