— В его глазах я была не более чем слабостью, — прошептала я. — И самое ироничное во всем этом то, что, несмотря на все его усилия, я всё равно стала для него обузой, и теперь опасная банда угрожает мне убийством! — не смогла я сдержаться и добавила со смешком, отводя от него взгляд.

Новое молчание окутало салон внедорожника, пока я тщетно пыталась игнорировать слёзы, которые грозили бесстыдно скатиться по моим щекам в любой момент. Не плачь, Эра. Сейчас не время ломаться.

— Они никогда этого не сделают, — внезапно заявил Каз. — «Королевские Призраки» никогда не причинят тебе вреда. Потому что для этого им сначала придётся убить меня, а поверь мне, это невозможно, — сказал он тогда без тени сомнения.

Большой освещённый зал выглядел полностью переоборудованным: диваны из его центра были сдвинуты в стороны, чтобы освободить обширное пространство, а специально для этого случая были установлены внушительный бар, буфет и музыкальная станция.

Зал казался ещё более огромным, чем я помнила, а большие панорамные окна, выходящие на ночную долину, усиливали это ощущение глубины.

Следом за высоким брюнетом, я шла за ним сквозь толпу, стараясь держать голову высоко, хотя мне хотелось только одного: сбежать без оглядки из этой огромной, набитой преступниками, лачуги.

Он внезапно остановился перед двумя другими мужчинами, одетыми не менее элегантно. Один из них, с почти белыми волосами, был мне знаком, а другой, с великолепным загорелым цветом лица и внушительным телосложением, делавшим его похожим на шкаф, мне ни о чём не говорил. Менее атлетичный из двух парней обнял меня, что немного удивило, вызвав у меня небольшой смущённый смешок.

— Рад видеть, что ты ещё жива, Эрато! — воскликнул он, отстраняясь от меня.

Я слегка рассмеялась этому проявлению симпатии, к которой в последнее время уже не очень привыкла...

— Зови меня Эра, — ответила я ему с тёплой улыбкой.

— Или заноза, — парировал низкий голос рядом со мной.

Я не могла не метнуть злобный взгляд на этого идиота, который служил мне телохранителем, прежде чем снова обратить внимание на улыбающегося парня.

— Я Нокс, помнишь? Мы встречались, когда ты пыталась незаметно подслушать разговор между твоим отцом и этим красивым придурком рядом с тобой, который вечно хмурится!

Я слегка покраснела, слишком хорошо, к сожалению, помня этот крайне неловкий момент.

— Красивый придурок шлёт тебя на́ хуй, — грубо ответил Каз.

Нокс проигнорировал его и затем представил мне мужчину, который его сопровождал, некоего Джексона, который не казался очень разговорчивым. Последний поприветствовал меня почти механическим кивком головы. Казалось, он не испытывал никаких эмоций...

— Джексон не очень разговорчив, но я уверен, что он считает тебя классной, — шепнул мне Нокс, подмигнув с весельем.

— Ты говоришь достаточно за нас двоих, по-моему, — вздохнул знаменитый Джексон. — Но да, ты действительно очень хороша сегодня, Эрато.

— Вот опять ты начинаешь говорить, как засранец, который путешествовал во времени в наш век и вышел прямо из 1950-х... Мы же уже обсуждали это, чувак! — возмутился Нокс.

— Что? Ты бы предпочёл, чтобы я сказал «ты классная» дочери моего босса, что ли?

Покашливание прервало их препирательства, и я внезапно почувствовала, как рука твёрдо легла мне на поясницу. Я встретилась с мрачным взглядом Каза, который ледяным голосом обратился к парням:

— Ладно, теперь, когда знакомство состоялось, извините, но мне нужно отвести её к Маркусу...

Каз потащил меня за собой, даже не дав мне времени попрощаться с двумя другими молодыми людьми. Он провёл меня в менее людный угол большого зала, где я увидела своего родителя, который болтал с мужчиной примерно того же возраста, с приятно расслабленным выражением лица. Когда он наконец заметил нас, он одарил меня тёплой улыбкой, сделав несколько шагов вперёд, чтобы пойти нам навстречу, и только в этот момент мой телохранитель решил убрать руку, которую до сих пор держал у меня на спине.

— Моя дорогая дочь, ты сегодня восхитительна! — воскликнул Маркус.

В ответ я выдавила неловкую улыбку. Он делал мне комплименты довольно редко, так что это было довольно... странное ощущение. Тем более, когда он называл меня «моя дочь»...

— Спасибо, — прошептала я.

— Ну что ж... Кажется, я только что нашёл способ заставить тебя замолчать, — тихо прошептал мне на ухо мой телохранитель.

Я проигнорировала его раздражающее замечание, сосредоточив внимание на отце и подошедшем к нам мужчине рядом с ним.

— Должен сказать, я удивлён, как ты выросла, прекрасная Эрато! Ты стала очень красивой молодой девушкой, — сказал мне тогда незнакомец, улыбаясь с удивительной нежностью.

Рассматривая лысого мужчину, стоящего передо мной, я пришла к выводу: его взгляд, окрашенный в великолепный серо-голубой цвет, что-то смутно напоминал, как и этот добрый, почти отеческий голос.

— Простите, но мы знакомы, не так ли? — осмелилась я спросить.