— Эти чертовы ментальные стены, — бормочет он. — Они были занимательны, когда у нас были запасные Якоря. Теперь это просто обуза. Она опускает их только чтобы отчитать меня из-за сестры.

— Ментальная архитектура императрицы необычна. Сильная природная защита.

Упорядоченная, — не говорю я. Элегантная. Прекрасно выстроенная. Никогда еще не жаждал вызова больше.

Предательская вспышка давно мертвого жара разгорается при воспоминании об этих адамантовых стенах. Тайные, затененные пространства за ними, которые так хочется исследовать…

Безжалостно давлю эту мысль. Посыпаю землю солью, чтобы ничто столь мягкое не смогло укорениться.

Холодное безразличие. Отстраненное уважение. Вот и всё.

— Пошли Элиаса охранять ее, — предлагаю, силой возвращая фокус к тактике. К логике и необходимости. — Учитывая его прошлое он воспримет идею защищать Девалиант без особой враждебности. Безопасность императрицы слаба, и она дала разрешение оберегать ее без риска для Соглашений.

— Это ничего не решает в долгосрочной перспективе. Мне нужно, чтобы за ней следили, — его горящий взгляд встречает мой, и я с леденящим ужасом понимаю, что он скажет дальше. — Твои ментальные способности превосходят мои. Даст ли связь полный доступ к ее разуму, если я передам тебе Метку?

Нет.

Нет.

Нет.

Мои теневые крылья распахиваются.

— Нет.

Одна темная бровь приподнимается.

— Ты отказываешься от приказа? Или признаешь, что не справишься?

— Я разрушаю вещи, — ровным тоном напоминаю ему. — Не защищаю. Я не телохранитель.

Сила хлещет по мне, пока молнии проносятся по его коже.

— Ты делаешь всё, что мне нужно, блядь. Эвандер прикован к кровати, у нас есть подтвержденная плототорговля, действующая в Хеллевиге, использующая кодовое слово с возможными девалиантовскими связями, а твой металл только что оказался на шее императрицы. Отчаянные времена, отчаянные меры. Я хочу, чтобы ты следил за ней. Если она связана с плототорговлей, я хочу знать. Если кто-то покушается на мой Якорь, я хочу, блядь, знать.

Изо всех сил стараюсь никак не реагировать на откровение, что в Хеллевиге есть браконьеры на полубогов. Что он пренебрег этой важнейшей разведывательной информацией в начале. Это так на него похоже — приберегать сведения, пока они не подойдут для его целей и он не сможет использовать их, чтобы загнать меня в угол, не оставив иного выхода, кроме повиновения.

— Метка не гарантирует послушания, — говорю я. — Ее разум может остаться закрытым для меня.

— Риск, — допускает он. — Но необходимый. Сформируй полную сенсорную связь. Ты должен быть способен найти ее где угодно и добраться до нее в любое время. Видеть ее мысли ради информации, ощущать на вкус ее страх, чувствовать форму ее желаний, — его голова наклоняется. — Ты еще способен справиться с такой близостью? Или забыл как?

Тяжело сглатываю. Эта принудительная связь будет невыносима. Мне придется взять ржавые ножницы и прижать к раковой опухоли за ребрами. Вырезать ее. Обменять мыло, кипяток и яркую боль от сдираемой кожи на ползучую гниль чего-то куда худшего.

— У меня есть теоретические знания, — цежу сквозь зубы.

И разве это не самые убийственные слова. Признание того, что какой-то атрофированный клочок, что я похоронил, не сгнил окончательно в конце концов. Что какой-то инстинктивный реликт узнает животный рык собственничества. Кусачую потребность заползти ей под кожу и свернуться калачиком между позвонками, чтобы она не могла сделать и вдоха, не захлебываясь мной.

Сосредоточиться. Контролировать. Вдохнуть и задержать дыхание, обратив легкие в камень.

— Она может отказаться, — добавляю я.

— Не откажется. Если ценит свою жизнь, — Алексиос поворачивается, чтобы уйти в шепоте крыльев. — Пять дней, Клинок. Уладь свои дела и соберись с духом. Я пока пришлю Элиаса присмотреть за девушкой. И, Бастьен?

Останавливаю рык, поднимающийся в горле, и сковываю его.

— Что?

— Убедись, что она проживет достаточно долго, чтобы родить наследника. Даже Эвандер не сможет собрать ее обратно, если она окажется размазанной по своему двору.

Затем он исчезает, оставляя меня одного в коридоре наедине с грохотом пульса и едким вкусом желчи во рту.

Усмиряю прилив угрожающих эмоций с безжалостной точностью.

Вдохнуть и задержать.

Легкие обращаются в камень.

Эта Метка будет необходимостью. Компонентом в общей схеме, ее предназначение — укрепить структурную целостность и несущую способность Покрова.

Не больше и не меньше. Остальное — измененная химия мозга. Сбои синапсов, гормоны, затапливающие рецепторы. Другими словами — мой член всё еще работает.

Свет вспыхивает, когда я вхожу в свою спальню и срываю с себя одежду. Каждую вещь придется стерилизовать от въевшегося запаха Девалиант.