— Амина, простите меня, пожалуйста! Я такая дура! Я такая конченная дура! — выла Алёнка так громко, что я начала её успокаивать.

Антон принёс кружку кофе и кривым, но вполне распознаваемым сердечком.

— Пей.

— Вчера ты тоже так говорил, и чем это кончилось? — спросила я.

— Всё прошло по плану.

— Странный у тебя был план!

Я с трудом отлепила от себя рыдающую Алёнку и выдала ей пачку салфеток.

— Откуда она здесь? — спросила я Антона. — Я же её вчера уволила!

— Ты уволила её в состоянии аффекта, — невозмутимо отозвался мой муж. — А я утром оценил обстановку и решил, что мне нужна подмога.

— И как ты её нашёл?.. — я запнулась.

Алёнка подозрительно затихла и раскраснелась ещё больше.

— Позвонил, — ответил он.

ПОзвонил, значит.

А откуда у Алёнки номер телефона моего мужа?!

Она и с Антоном решила переспать?

— Я сразу приехала — сказала виновница, вытирая глаза кулаком. — Он конечно угрожал по телефону, сказал, что если я сейчас же не соберусь и не поеду спасать вашу кофейню, он привлечёт меня за саботаж в разгар курортного сезона… Но я быстро приехала!

Я нервно хохотнула, мгновенно представив этот разговор. Ох не для того она ему номерок свой дала.

— А ещё… а ещё он мне всё объяснил! — Алёнка шмыгнула носом и с ужасом уставилась на Антона. — Он сказал, что Миша — обычный мелкий альфонс и манипулятор, который промышляет на набережной каждый год, а я попалась как последняя наивная дура! Амина-а-а, он же правда говорил про "особую связь" и "нереальную энергетику"! А я как дура…

И я как дура, ведь Миша и мне про энергетику говорил.

— Я просто провёл короткую воспитательную беседу, — завершил излияния Алёнки Дежнёв. — Девушка всё поняла. Осознала степень своей… кхм… неосведомленности по разным жизненным вопросам.

— Амина, не выгоняйте меня, пожалуйста! — Алёнка схватила меня за руку, смотря на меня умоляющими глазами. — Я буду хорошо работать! Я всю посуду перемою, я на кассе буду стоять без обеда, только не прогоняйте! Я правда не хотела вам навредить, я просто…

Я смотрела на неё — перепуганную, раскаивающуюся, с размазанной тушью под глазами…

Оставить? Или прогнать?

Глава 16

Коктейльный стыд за вчерашний вечер вспыхнул в груди с новой силой. Я-то думала, он пошёл разрушать мой бизнес, а он… он в общем-то всё это время решал мои проблемы…

— Ладно, — выдохнула я, чувствуя, как плечи наконец опускаются. — Перестань реветь, Алёнка. Дорабатывай, пока новое место не найдёшь, а потом, уж извини, но у меня нет желания с тобой видеться каждый день.

— Но почему? — всхлипнула она. — Я же ничего плохого! Я же…

— Отставить! — рявкнул Антон так, что мы обе вздрогнули. — Алёна Павловна, мы с вами на один день договорились.

Алёнка осеклась на полуслове и посмотрела на него, как нашкодивший щенок, которого застали возле растерзанного мусорного пакета.

Антон неторопливо вытер руки о кухонное полотенце. Что у него за личные счёты с полотенчиками для посуды??

Потом достал из заднего кармана джинсов бумажник, вытащил купюру и положил её перед Алёнкой на стойку.

Пять тысяч.

Алёнка уставилась на деньги. Потом на него. Потом на меня.

— Это мне? — уточнила она удивлённо.

Меня этот вопрос тоже интересовал.

– Тебе-тебе.

— Ты с ума сошёл?! — возмутилась я. — Пять тысяч? За одну смену?!

— Это не за смену, — ровно сказал Антон, всё ещё смотря на Алёнку.

Та насторожилась.

Я тоже.

— А за что тогда? — спросила она… и в её голосе появилось неуместное предыхание.

Лять ты посмотри на эту вертихвостку!

— За умение держать рот закрытым, — припечатал Дежнёв.

Тишина.

— Я никому ничего не…

— Вот и отлично, — перебил её Антон та-а-а-ак угрожающе.

Где-то за моей спиной кофемашина тихо пшикнула остатками пара.

— Бери, — сказал Антон.

Алёнка перевела взгляд на меня. Вопросительно.

Вот же зараза. Теперь она у меня разрешения спрашивает.

— Бери, — буркнула я.

Она сгребла купюру, аккуратно сложила вдвое и сунула в карман фартука.

— Спасибо, — пролепетала она. — Амина, я правда…

— Иди, — сказала я. — И доработай смену.

Она кивнула, шмыгнула носом и ушла на кухню. По дороге обернулась один раз. Потом другой. Но слёз больше не было, и воя этого тоже.

Умеет он, гад, закрывать вопросы. Одним движением. Как диван раскладывать.

— Пять тысяч, — повторила я тихо, когда она отошла на достаточное расстояние.

— Много?

— Много!

— Я не знаю расценок на местные сплетни, — сказал он спокойно. — Но в твою репутацию я готов вложить и больше.

Я открыла рот.

Закрыла.

Антон, кажется, ответа и не ждал. Убрал бумажник обратно в карман и ушёл в подсобку

Я смотрела ему вслед.