— То есть заявитель верно указал, что до настоящего момента семейную жизнь вы фактически не вели.

— Мы жили раздельно, — спокойно сказал Антон. — Это не одно и то же.

Ирина Леонидовна подняла на него взгляд.

— Как это? — спросила она.

— Гостевой брак, слышали о таком? — спросил он невозмутимо.

— Это как?

Я собственно тоже заинтересовалась, что это за гостевой брак Антон выдумал.

— Это так, — зло процедил Дежнёв, — что я в отпуск приезжал к жене, чтобы мы могли всласть нае…

— Пообщаться! — почти вскрикнула я и накрыла его руку своей.

Что блин с ним происходит?!

— Вот значит как, — саркастично подвела черту Ирина Леонидовна. — И почему же вы выбрали такой формат семейных отношений?

— Я служил, — весомо ответил Антон.

— Пять лет? — усмехнулась она.

— Да.

— Супруга не могла проживать по месту службы?

Антон промолчал.

Я тоже.

Потому что тут даже моему воображению пришлось бы хорошенько размяться.

Женщина что-то записала.

Опять.

Ненавижу, когда люди что-то записывают про меня.

— Где вы познакомились?

— В ЗАГСе, — сказала я.

— На площади перед ЗАГСом, — сказал Антон.

Одновременно.

И тишина.

Ирина Леонидовна медленно подняла одну бровь.

Всего на пару миллиметров, но этой бровью она сейчас будто подписала нам обоим приговор.

— Так где?

— На площади встретились, внутри расписались, — невозмутимо объяснил Антон.

— Дата регистрации?

Мы назвали одновременно.

Одинаково.

Слава Всевышнему за свидетельство о браке.

— Кто присутствовал?

— Дедушка, — сказала я.

— Её дед, — сказал Антон.

Уже лучше.

— Как прошёл ваш свадебный день?

Вот тут мы оба зависли.

Как прошёл тот день?

Нуу… сначала я убежала из дома почти без вещей, потом дедушка кипятился, бегал договаривался, потом я встретила своего будущего мужа, расписалась там, где мне сказали и уехала!

— Быстро, — наконец сказала я.

И почему-то рассмеялась. Нервно.

— Это было очень романтично, — добавила.

К моему удивлению, уголок губ Ирины Леонидовны тоже едва заметно дёрнулся.

— Переписывались в период раздельного проживания?

Если только она попросит показать переписку…

— Да, — сказала я, не смотря на страх и риск.

— Покажете?

Она кивнула на телефон, торчащий у меня из фартука.

— Нет, — я даже головой покачала.

— Почему? — прищурилась она.

Да потому что майор! Что было придумать?!

— Супруги живут в долгой разлуке, как думаете, какие сообщения вы там найдёте? — спросил Антон.

— Длинные, — предположила Ирина Леонидовна, издеваясь.

Ни на грош она нам не верила!

— Эротические, — отбил Антон. — Там много фото и видео порнографического содержания. Амина много снимала себя, она ОЧЕНЬ хорошая жена.

Я дышать перестала.

Щёки мои полыхали как крыша в солнцепёк!

Ну Дежнёв! Я тебе это припомню!

— Ясно, — Ирина Леонидовна, кажется, тоже смутилась.

Уголок губ Антона дёрнулся.

Ирина Леонидовна посмотрела сначала на него, потом на меня.

Что-то записала.

Но теперь уже совсем немного.

— Хорошо. Быт. Кто готовит?

— Я, — сказал Антон.

Вот здесь даже придумывать ничего не пришлось.

— Почему вы?

— Потому что она может весь день кормить людей, а сама забыть поесть.

Я повернула голову.

Так.

Это он когда успел заметить?

Ирина Леонидовна тоже посмотрела на меня.

— Верно?

— К сожалению.

— Что супруга пьёт утром?

— Кофе.

— Какой?

Антон даже не задумался.

— Чёрный, если спешит. Но обычно с молоком. Из белой фарфоровой кружки с синей полосой.

Я и правда…

— А что пьёт супруг? — теперь вопрос предназначался мне.

Вот зараза.

Я посмотрела на Антона.

Вспомнила кухню.

Утро.

Чашку.

Его руку на столешнице.

— Чёрный кофе. Без сахара.

Антон кивнул. Кажется, я угадала.

Почему-то от этого внутри стало тепло. Совсем не вовремя.

— Во сколько он обычно встаёт?

— Неприлично рано.

— Конкретнее.

— Раньше меня.

— Это не время.

Я нахмурилась.

— В шесть.

Антон молчал.

— В пять сорок пять, — сдалась я.

Его бровь чуть поднялась.

— В пять пятьдесят.

— Я почти угадала!

И тут вспомнила, кому именно сейчас доказываю своё почти.

— Хорошо, — невозмутимо сказала Ирина Леонидовна.

Чёртова женщина вообще способна улыбаться?

— Где спит Антон Сергеевич?

— В спальне, — выпалила я.

Антон повернулся ко мне.

Медленно.

Ой.

Вот этого вопроса мы почему-то не репетировали.

— В спальне? — переспросила проверяющая.

— Конечно.

У меня сейчас отвалится язык.