- Игорь, найди мою жену.

В трубке повисает короткая пауза. Видимо, Игорь пытается сообразить, что к чему.

Сжимаю пальцами переносицу.

- Света решила пожить отдельно. Временно, — добавляю я. — Я должен знать, где она остановилась. Какой отель? Всё ли у неё хорошо? Приставь кого-нибудь толкового к ней. Чтобы под ногами не путался, но в случае необходимости, тихо всё разрулил, ясно?

- Понял. Сколько у меня времени?

- Нисколько, Игорь!— реву раненым зверем. - Информация мне нужна ещё вчера.

- Понял, — рапортует он.

А я выдыхаю.

- И вот ещё что, наведи порядок в охране офиса. Света мимо них через чёрный ход улизнула, а они даже не в курсе. Они у тебя за что бабки получают? за протирание штанов?

- Всё исправим, босс, — уже привычно отзывается Игорь. Начальник службы безопасности знает, что я никогда просто так в его работу не лезу. Если всё хорошо организовано и работает, то за это не грех и заплатить. А плачу я им немало.

Но когда возникает ситуация, как сегодня, что все охранники у парадного входа, а через чёрный что хочешь выноси и заноси — это не норма.

Сбрасываю вызов.

Возвращаюсь в свой кабинет, прохожусь из угла в угол.

Твою мать! Как зверь в клетке мечусь.

Я бы с удовольствием сорвался вслед за Ланой. Но я понятия не имею, где её искать.

Лана одна в городе и без машины.

Я пересмотрел все записи с камер, к Бизнес-центру она подошла пешком.

От меня она тоже выбежала и убежала куда-то за угол на своих двоих.

«Найду способ сбежать, освободиться от тебя».

Её голос до сих пор звенит в ушах.

И этот взгляд. Не восторженный как раньше, без ноток обожания, и не испуганный звериный, как в юности.

Нет! Что-то в её взгляде меня насторожило, но я не успел понять что.

И вот теперь воскрешаю перед собой образ Ланы снова и снова, всматриваюсь в призрачное лицо и понимаю, что в её взгляде горит упрямство и решимость, которых я никогда не замечал за женой раньше. А вместо любви и тепла появилась пустота. Словно она выжгла в себе эти эмоции, а заполнить освободившееся место ей нечем.

Твою мать! Лана, что ты делаешь с нами?

Сметаю на пол бумаги со своего стола. Они веером рассыпаются по полу, смешиваясь с бумагами, что принесла жена.

«Подпиши!» — о, как она вскинула голову, когда швыряла мне в лицо документы на развод. И смотрела на меня, как на монстра.

Монстра!

Смотрю на свои судорожно сжатые ладони.

Монстр!

Когда из нежного и заботливого мужа я превратился для своей Ланы в чудовище? Где мы пересекли ту грань, после которой уже не смогли просто сесть и поговорить по-человечески?

Я же делал всё ради неё. Всё, чёрт возьми.

Купил дом, машину, оплатил учёбу. Не давал никому её тронуть. Жил ею, только ей одной.

- ЛАНА! — вырывается из горла глухой стон.

В приёмной тихо щёлкает дверь. Следом раздаются тяжёлые шаги. Без суеты и страха.

Никита.

Мой зам стучит только для приличия и тут же распахивает дверь в кабинет. Заходит с полуулыбкой на губах и рукой в кармане. Спокойный, я бы сказал расслабленный. Слишком расслабленный.

Твою мать!

Я ради Ланы рвал себе жопу на работе, хотел защитить и уберечь её от всего, что можно с помощью денег.

Но везде и всё у меня пошло по звезде.

Жена ушла, посчитав предателем.

И на работе творится форменный беспредел.

Куда я только смотрел?

Никита свежий, гладковыбритый и довольный собой протягивает мне руку для пожатия, пока не натыкается мой взгляд.

- Саныч, что-то случилось? На тебе лица нет.

Смотрю на него молча. Жду, что ещё он мне скажет.

Никита хлопает глазами и опускает руку.

Улыбка сползает с его лица, но он ещё пытается держаться непринуждённо.

Присаживается напротив без разрешения. Конечно, он же мой зам. правая, мать его, рука.

По которой никто никогда не стучал. А следовало!

- Что ты можешь мне сказать про Вику? — выгибаю бровь.

- Вика... — вот и глазки забегали. Сейчас будет хитрить и изворачиваться. - Хорошая девочка, работящая, безотказная.

- Это я уже понял, — киваю.

- Да? — воодушевляется Никита. - У меня были по её поводу сомнения. Девочка глупая, согласен. Но очень уж старательная...

- Это за старания ты ей машину выписал?

- А, ты про это? Ну надо же молодых специалистов поощрять...

- Пять месяцев, — говорю тихо. — Из них три — испытательный срок. Не замужем. Детей нет. Мозгов тоже! Программа — для семейных, от пяти лет стажа. Ты это забыл? Или предпочёл не вспоминать?

Никита мастерски сохраняет самообладание. Даже плечами пожимает почти безразлично, но ногу на ногу закидывает. Нервничает.

- Толь, иногда надо проявлять гибкость.