«Пистолеты», — сказал Билли, доставая карман. «Я собрал немного их гильз. Они стреляли девятимиллиметровыми патронами «Парабеллум».

«Вот этим я и стреляю», — сказал Макс, нарочито прикоснувшись к пистолету на правом бедре под кожаной курткой. «И не только».

Шериф инстинктивно положил руку на пистолет на правом бедре.

«Есть ли у вас разрешение на ношение оружия в Калифорнии?»

«У меня есть разрешение на ношение оружия в любой точке Америки, — заверил Макс шерифа. — Кроме того, у меня есть Конституция США».

«О, — сказал шериф. — Ты один из этих парней».

«Американец?» — насмешливо спросил Макс.

«Мне нужно ваше разрешение», — потребовал шериф.

«Как бывший федеральный агент с более чем десятилетним стажем, я могу вас заверить, что могу донести что угодно». Он повернулся к Билли и сказал: «Продолжай».

«Я позвонил шерифу после того, как угроза миновала», — сказал Билли.

«Мужчины убежали», — предположил Макс.

«Да, сэр. Они привезли горохострелы на перестрелку».

«Ты открыл по ним огонь из своей винтовки?» — спросил Макс.

«Да, целился. Но не прямо в них. Целился выше их голов. Единственное, что я задел, — несколько веток апельсинового дерева».

Макс повернулся к шерифу: «В чём проблема?»

Шериф снова поправил ремень безопасности и сказал: «Граждане не могут устраивать стрельбу по ночам».

«Он имеет право защищать себя, свою дочь и свою собственность», — сказал Макс. Он указал на фасад дома. «Подъезжая к подъездной дорожке, вы увидите множество знаков, предупреждающих, что это частная собственность и вход воспрещён. Есть даже табличка с надписью: «Посторонним вход воспрещён. Нарушители будут расстреляны!»

«У меня много земли и есть экскаватор». Билли не мог бы выразить свои намерения яснее.

«Верно», — сказал Билли.

«В Калифорнии есть закон, согласно которому вы должны отступить», — сказал шериф.

«Куда отступать?» — спросил Макс. «Мужчина живёт на собственной земле.

Вы ожидаете, что человек, находящийся под обстрелом, запрётся в ванной и будет ждать появления Барни Файфа? Сколько времени вы здесь отреагируете, шериф?

Этот человек истекёт кровью ещё до того, как ты сядешь в свою машину в Висалии. Его дочь будет многократно изнасилована, прежде чем ты доберёшься до Три-Риверс.

Особенно в этом тумане.

«Закон есть закон», — сказал шериф, изо всех сил стараясь выглядеть крутым, руки его лежали на ремне.

«Этот закон глупый, — заявил Макс. — И, скорее всего, неконституционный.

Граждане имеют право на самооборону. — Он указал на входную дверь. — Вам нужно выйти и выяснить, кто напал на Билли и его дочь. Это преступники. Они не пришли сюда в чёрном, стреляя в Билли, и не ожидали, что их пригласят на вечерний чай. Почему вы ни капельки не беспокоитесь о нападавших?

«Какие у вас отношения с Билли?» — спросил шериф.

Билли хотел что-то сказать, но Макс схватил мужчину за руку и слегка дёрнул. Он понял намёк.

«Я твой друг и товарищ-ветеран», — сказал Макс. «Если бы ты когда-нибудь служил, ты бы понял наши отношения».

«Теперь я служу своему обществу», — сказал шериф, явно разозлившись.

«Это не одно и то же, — сказал Макс. — Но я ценю работу правоохранительных органов, поскольку сам участвовал в этом».

«Вы до сих пор не показали мне свое разрешение», — сказал шериф.

«Я в частном доме, — сказал Макс. — Я могу нести здесь всё, что захочу».

«Но вам пришлось нести сюда оружие из своего грузовика».

«Всё на частной территории», — сказал Макс с лёгкой ухмылкой. «Кстати, я привязал этот пистолет к бедру ещё у ворот Билли. Или, может быть, я просто сказал тебе, что у меня пистолет на бедре. Может быть, это просто большой мобильный телефон. Не знаю. Возможно».

Шериф покачал головой, признавая поражение. «Мне следует задержать вас всех троих».

«За что?» — спросил Макс.

«Воспрепятствование осуществлению правосудия».

Макс рассмеялся. Он был представителем правоохранительных органов только номинально. Он понятия не имел о законах. «Мы закончили. Если хотите выполнить свою работу, проедьте по подъездной дорожке примерно двести ярдов по левой стороне. Там будет съезд, где стояла машина. Вы увидите следы шин Ford Taurus».

Они следили за этим местом.

Не сказав больше ни слова, шериф повернулся и оставил их в гостиной. Макс выглянул в окно и увидел, как шериф фотографирует номерной знак его машины.

«Ух ты, — сказал Билли. — Ты его просто задал».

Тина подошла ближе и сказала: «Я подумала, что шериф обмочится».

Макс повернулся к отцу и дочери и сказал: «Мне это не доставило никакого удовольствия. Ну, разве что немного. Что за имя такое, Блейз?»

Тина хихикнула.

«Что?» — спросил Макс.

«Официально он не гей», — сказал Билли.

Тина вмешалась: «Его жена раньше работала на него. Когда он был мужчиной. Потом он сделал операцию, и теперь он женщина».

«Нет Джонсона?» — спросил Макс.