Анна поднялась. Между ними оставалось около двух шагов, однако ей казалось, что Дмитрий стоит гораздо ближе.

— Снимите пальто, — сказал он.

Она медленно расстегнула пуговицы и положила пальто на спинку кресла.

— Теперь свитер.

Анна замерла.

Под ним оставалась тонкая футболка, но от самой мысли, что он будет наблюдать, как она раздевается, стало жарко.

— Зачем?

— Я хочу увидеть вашу реакцию на простое распоряжение.

— И что вы собираетесь понять?

— Способны ли вы отличить страх от нежелания.

Она посмотрела ему в глаза.

— А вы способны?

— Обязан.

В его голосе впервые прозвучало нечто человеческое, хотя выражение лица осталось строгим.

Анна взялась за край свитера и стянула его через голову. Волосы рассыпались по плечам, футболка приподнялась, на мгновение обнажив живот. Она быстро одёрнула ткань.

Взгляд Дмитрия проследил за движением её рук.

Он не пытался скрывать, что рассматривает её.

— Дальше не буду, — предупредила Анна.

— Я ещё не просил.

— Но собирались.

— Собирался спросить, готовы ли вы продолжить.

Дмитрий подошёл ближе. Он всё ещё не касался её, но Анна чувствовала исходящее от него тепло и едва заметный запах парфюма. В кафе этот запах смешивался с кофе. Теперь он был чище и глубже.

— Готовы? — спросил он.

Вопрос прозвучал тихо.

Анна могла отказаться. Дверь оставалась незапертой. Договор ещё не был подписан. Однако мысль об отступлении почему-то казалась не только спасительной, но и мучительной.

Ей хотелось доказать, что он не сможет запугать её одним взглядом.

— Да.

— Снимите футболку. Останьтесь в белье.

Она задержала дыхание, затем взялась за ткань.

Футболка легла поверх свитера.

Анна осталась перед ним в простом чёрном белье, выбранном без всякой мысли о том, что его увидит мужчина. Она скрестила руки на груди, чувствуя себя одновременно глупо, уязвимо и странно возбуждённо от того, насколько пристально Дмитрий на неё смотрел.

— Руки опустите.

— Мне холодно.

— Вы закрываетесь.

— Разумеется, закрываюсь. Вы разглядываете меня так, будто покупаете.

Его взгляд стал жёстче.

— Я ничего не покупаю. Деньги не дают мне прав, которых вы сами не передали по договору.

— Но вы хотите, чтобы я чувствовала себя именно так.

— Я хочу, чтобы вы перестали прятаться за дерзостью.

Анна медленно опустила руки.

Дмитрий обошёл её, не прикасаясь. Его взгляд скользнул по плечам, талии и ногам, задержался на следе от старого ожога возле колена.

— Откуда шрам?

— В детстве опрокинула на себя чайник.

— Вы всегда были неосторожны с горячими напитками?

Несмотря на напряжение, Анна едва не усмехнулась.

— С вами мне особенно не везёт.

— Скорее наоборот.

Он снова встал перед ней.

— Вы слишком худая.

— Спасибо.

— Это не комплимент. Вы плохо питались последние месяцы.

— У вас договор или медицинский осмотр?

— В договоре есть пункт о здоровье. В моём доме вы будете есть нормально.

— Как заботливо.

— Не путайте заботу с контролем.

Его взгляд опустился ниже, и Анна почувствовала, как по коже прошла дрожь. Она ненавидела эту непроизвольную реакцию, но Дмитрий заметил её.

Конечно, заметил.

— Вы боитесь, — сказал он.

— Я стою почти голая перед незнакомым мужчиной посреди ночи. Было бы странно не бояться.

— И всё же вы не произносите стоп-слово.

— Потому что вы ко мне даже не прикоснулись.

— Для вас прикосновение страшнее взгляда?

Анна не ответила.

Он поднял руку, но остановил пальцы в нескольких сантиметрах от её щеки.

— Можно?

От неожиданности она растерялась.

Его ладонь была совсем близко. Достаточно было слегка податься вперёд, чтобы почувствовать прикосновение.

— Можно, — тихо ответила Анна.

Дмитрий провёл кончиками пальцев по её щеке, убирая выбившуюся прядь. Прикосновение оказалось медленным и почти бережным, совершенно не соответствующим его холодному тону.

От этого оно подействовало сильнее.

Анна ощутила, как сердце забилось быстрее.

— Чувствуете разницу? — спросил он.

— Между чем?

— Между тем, что вы мне разрешили, и тем, что я мог бы взять без разрешения.

Она отступила.

— Вы специально пытаетесь меня запутать.

— Нет. Я хочу, чтобы вы запомнили: ваше согласие имеет значение, даже когда вы соглашаетесь подчиняться.

Дмитрий взял с кресла её футболку и протянул ей.

— Одевайтесь.

Анна быстро натянула её, чувствуя одновременно облегчение и необъяснимое разочарование.

Он вернулся к столу и открыл кожаный футляр.

Внутри лежал тонкий чёрный ошейник. Никаких металлических шипов или тяжёлых цепей, которых Анна почему-то ожидала. Только мягкая кожа, небольшая серебряная застёжка и крошечная пластина без надписи.