Холодный воздух обжёг лицо. Дмитрий наблюдал, как она поднимается по ступеням, и в его серых глазах уже не было раздражения из-за испорченного костюма.

Только спокойное удовлетворение.

— Добро пожаловать, Анна, — сказал он. — С этой минуты начинается отсчёт ваших восьми месяцев.

Глава 3

Дмитрий провёл Анну через просторный холл, не сказав больше ни слова.

Внутри особняк казался ещё больше, чем снаружи. Высокий потолок терялся в полумраке, мягкий свет отражался в тёмном мраморе, а шаги гулко разносились по пустому пространству. Здесь не было ни семейных фотографий, ни случайно оставленных вещей, ни других признаков обычной жизни. Всё выглядело безупречно и холодно, словно дом приготовили специально к её приезду.

Анна шла следом, крепко сжимая ремень сумки.

— Куда мы идём?

— В мой кабинет.

— Почему не в комнату? Уже почти три часа ночи.

Дмитрий остановился у лестницы и посмотрел на неё.

Сегодня на нём не было дорогого костюма, который она испортила в кафе. Тёмные брюки, рубашка с закатанными рукавами и расстёгнутым воротом делали его менее официальным, но не менее опасным. Он казался человеком, который не нуждался в строгой одежде, чтобы окружающие выполняли его приказы.

— Потому что договор ещё не вступил в силу, — ответил он. — Вы подписали предварительную версию. Перед окончательным решением мы должны поговорить лично.

— Я уже прочитала сорок восемь страниц.

— Читать условия в своей квартире и принять их здесь — не одно и то же.

Анна посмотрела на входную дверь. Её вещи находились у Елены, телефон и документы были запечатаны в чёрном футляре, а за воротами начиналась мокрая дорога, по которой они ехали почти полтора часа.

Дмитрий заметил её взгляд.

— Вы можете уехать прямо сейчас. Машина отвезёт вас домой.

— А мамино лечение?

— Будет оплачено только после подписания окончательного договора.

Она почувствовала раздражение.

— Значит, возможность уйти существует только на словах.

— Нет. Возможность существует на самом деле. Просто оба решения имеют последствия.

Он развернулся и продолжил путь.

Анна пошла за ним.

Кабинет находился в дальнем крыле дома. Дмитрий открыл тяжёлую дверь и пропустил её вперёд. Комната оказалась просторной, но почти аскетичной: тёмные книжные шкафы, кожаный диван, два кресла и массивный стол перед высоким окном. За стеклом шелестел мокрый лес.

На столе лежала папка.

Рядом стоял тонкий кожаный футляр.

Дмитрий закрыл дверь, однако ключ не повернул. Этот жест должен был успокоить Анну, но почему-то только усилил напряжение.

— Садитесь.

Она опустилась в кресло.

Он остался стоять, опираясь ладонями о край стола. Его внимание было сосредоточено исключительно на ней, и под этим спокойным взглядом Анне стало неуютно.

— Вы понимаете, зачем находитесь здесь? — спросил Дмитрий.

— Из-за денег.

— Это причина, по которой вы приехали. Я спрашиваю о другом.

Анна нахмурилась.

— Тогда объясните.

— Восемь месяцев вы будете жить в этом доме и соблюдать установленные правила. Мы обеспечим вашу безопасность, здоровье и материальное положение. Взамен вы добровольно передадите нам значительную часть контроля над своей повседневной жизнью.

— Я читала договор.

— Тогда назовите стоп-слово.

— «Красный».

— Если вы его произносите, всё прекращается немедленно. Независимо от обстоятельств и моего желания. Понятно?

— Да.

— Скажите полностью.

Анна почувствовала, как внутри поднимается упрямство.

— Если я произнесу слово «красный», вы остановитесь.

— Не только я. Любой человек в этом доме.

Он открыл папку и подвинул её ближе.

— Здесь окончательная версия договора с внесёнными вами ограничениями. Публичные действия исключены. Фото- и видеоматериалы не покидают защищённую систему дома и удаляются после завершения соглашения. Разговоры с матерью остаются личными. Медицинское вмешательство возможно только с вашего письменного согласия.

— А камеры?

— Их расположение указано в приложении. В вашей спальне и ванной камер нет.

— Значит, во всех остальных местах за мной будут наблюдать?

— Да.

Ответ прозвучал настолько спокойно, что по спине Анны прошёл холод.

— Зачем?

— Контроль является частью соглашения.

— Вам нравится следить за людьми?

— Мне нравится знать, что происходит в моём доме.

Дмитрий обошёл стол и остановился рядом. Анна невольно выпрямилась.

— Перед подписанием я должен убедиться, что вы понимаете не только юридические формулировки, но и смысл подчинения.

— Каким образом?

— Встаньте.

Она не двинулась.

— Это приказ?

— Пока просьба. До вашей подписи я не имею права вам приказывать.