Анна поднялась на дрожащих ногах. Дмитрий помог ей забраться к себе на колени, лицом к лицу. Он держал её за талию, пока она медленно опускалась на его толстый, мокрый от её слюны член. Анна тихо застонала, когда он начал входить — сантиметр за сантиметром, растягивая, заполняя. После наказания и всего, что было до этого, она была особенно чувствительной.

Когда она села полностью, Дмитрий крепко обхватил её ягодицы ладонями — осторожно, учитывая, как они горели — и прижал ближе.

— Смотри на меня, — прошептал он почти в губы. — Не закрывай глаза.

Анна смотрела. Его лицо было близко, дыхание смешивалось. Он начал двигать её на себе — медленно сначала, глубоко, контролируя каждый подъём и опускание. Одна его рука скользнула вверх по спине, зарылась в волосы и слегка потянула, заставляя прогнуться. Другая осталась на бедре, направляя.

— Вот так… — низко выдыхал он. — Принимай меня. Вся. Ты такая тугая после наказания… горячая…

Анна стонала ему в губы, цепляясь за его плечи. Каждое движение отдавалось глубоко внутри. Дмитрий целовал её — сначала уголок рта, потом губы, глубоко, жадно, но без грубости. Его язык скользнул в рот, и она ответила, уже не в силах сдерживаться.

Он ускорился. Теперь двигал её сильнее, глубже, почти подбрасывая на себе. Свободной рукой он провёл между их телами и начал тереть её клитор — точно, круговыми движениями, в такт толчкам.

— Кончай, — тихо приказал он, глядя ей прямо в глаза. — Кончай на мне. Хочу чувствовать, как ты сжимаешься.

Анна уже была на грани. Несколько точных движений его пальцев — и оргазм накрыл резко, сильно. Она вскрикнула, выгнувшись, внутренние мышцы судорожно сжались вокруг него. Дмитрий застонал ей в шею, крепче прижал к себе и несколько раз резко толкнулся вверх, кончая глубоко внутри.

Некоторое время они оставались так — она на нём, тяжело дыша, дрожа, а он обнимал её обеими руками, прижимая лицом к своей шее. Его ладонь медленно гладила её по спине, почти нежно.

— Хорошая девочка… — прошептал он хрипло ей в волосы. — Очень хорошая.

Анна закрыла глаза. Щёки всё ещё были мокрыми от слёз, ягодицы горели, внутри разливалось его горячее семя. А в груди творилось что-то странное и пугающее — смесь страха, благодарности и тёплого, липкого чувства, которое она боялась называть.

Дмитрий не торопился её отпускать. Просто держал, гладил по спине и иногда оставлял лёгкие поцелуи на виске и плечах.

— Отдыхай немного, — тихо сказал он. — Потом отнесу тебя в душ. Сегодня помою сам.

Анна кивнула, уткнувшись лицом ему в шею. В этот момент она впервые подумала, что, возможно, именно эта редкая, почти случайная нежность от самого холодного из них ломает её сильнее любой жестокости.

Глава 15

Дмитрий поднял её на руки, будто она ничего не весила. Анна даже не сопротивлялась. Тело было тяжёлым после оргазма, ягодицы всё ещё пульсировали тупой, тёплой болью, а между ног медленно вытекало его семя. Он нёс её по коридору молча, прижимая к груди. От него пахло сексом, его парфюмом и чем-то ещё — тёплым, человеческим.

Ванная комната была большой, с матовой стеклянной душевой кабиной и широкой отдельно стоящей ванной. Дмитрий поставил её на ноги только для того, чтобы открыть воду. Тёплая струя сразу наполнила пространство паром. Анна невольно скользнула взглядом по его телу: широкие плечи, жёсткий пресс, уже снова полутвёрдый член, блестящий от их смешанных соков.

Он зашёл под воду первым, потом протянул руку.

— Иди сюда.

Анна шагнула. Тёплая вода сразу обняла кожу, смывая слёзы, пот и следы секса. Дмитрий взял мочалку, выдавил гель с запахом чего-то древесного и свежего и начал медленно водить ею по её плечам. Движения были уверенными, хозяйскими, но на удивление осторожными. Он тщательно промыл её шею, ключицы, грудь — ладонь скользнула по соскам, чуть задержавшись, но без грубости. Потом живот, бёдра.

Когда он опустился на колени перед ней прямо под струями тёплой воды, Анна тихо всхлипнула — не от страха, а от неожиданности. Дмитрий, этот холодный, всегда контролирующий мужчина, сейчас стоял перед ней на коленях. Вода стекала по его широким плечам, по тёмным волосам, по жёстким чертам лица, делая его на мгновение почти уязвимым. Он взял мочалку, но почти сразу отложил её в сторону. Просто провёл ладонями по внутренней стороне её бёдер — медленно, раздвигая их чуть шире.

Пальцы коснулись её между ног. Анна вздрогнула всем телом. Он промывал её аккуратно, почти бережно: большими пальцами осторожно раздвинул складки, смывая густую, белёсую сперму, которая всё ещё медленно вытекала из неё. Тёплая вода смешивалась с его семенем и стекала по её бёдрам. Каждый раз, когда подушечки его пальцев проходили по всё ещё припухшему, гиперчувствительному клитору, Анну прошибала короткая, сладкая дрожь. Она закусила губу, чтобы не застонать слишком громко.

Дмитрий поднял глаза. Вода стекала по его лицу, по длинным тёмным ресницам, капала с кончика носа. Взгляд был тяжёлым, но без привычной жёсткости.

— Тише, — низко, почти хрипло сказал он. — Я просто мою. Ты вся в нас. Вся мокрая от меня… от нас.