Она трясется подо мной настолько лихорадочно, будто впервые оказывается с мужиком. Бунтует до последнего. Даже когда целую.

Упертая.

Отрываюсь от ее вкусных губ, чтобы стянуть футболку. Ловлю мятущийся взгляд.

Нервная. Перепуганная. Но это понятно. По ходу до нее начинает доходить, куда влезла. Ничего, сейчас подготовлю, расслаблю.

Вообще, думал, будет проще. Раз — и все. Поплывет. Обычно это работало безотказно. Не то чтобы я кого-то часто целовал.

Пиздец. Да я никогда не целовал. Она — первая. Что я баб не знаю? Отсасывают всем подряд. Шалавы.

А эта чувствуется совсем другой. Потому даже сейчас, когда смотрю на ее распухшие губы, тянет опять их попробовать. Припасть до помутнения.

Будь она шлюхой, так бы с ней не возился.

Она моего стояка пугается, сразу понятно, нормально не трахалась. Значит, и отсосы мужикам точно мимо.

Виски давит от одной мысли про чужой член рядом с ней. Кровавая пелена обзор застилает. Перемыкает мощно.

Нахер мне такое дерьмо в башку лезет?

Отбрасываю футболку назад.

Смотрю на нее и забываю, о чем думал. В эти глаза будто в омут проваливаешься. В зыбучие, сука, пески. Резко и до упора. Потом нихера не выбраться.

Увязаю.

Кровь бьет в затылок, когда вижу, что она нервно кусает губы, судорожно сглатывает.

— Руслан, — чуть дыша называет меня по имени.

И мне нихуя не по вкусу то, как это действует. Будто цепью оборачивает, удерживает от броска.

— Красивая ты, Дарина, — говорю, хочу от наваждения протрезветь. — Очень красивая. Это тебя и спасает.

— Не думаю.

— Да, — обрубаю. — Если бы не твоя красота, ты бы мне нахер была не нужна.

Сам верю?

Смазливых девок полно. Только эта цепляет чем-то еще. Глаза ее блядские… совсем не блядские.

Сучка, что она со мной творит? Мозг плавится. Может я до сих пор верю, что наиграюсь, всласть позабавлюсь, а после отдам ее брату. Пускай взымает долг до конца. Но мое нутро мигом на дыбы встает. Нет, так просто все не закончится. Даже пока не попробовал ее, а уже чую, что мало будет, не смогу ею быстро насытиться.

Пухлые губы дергаются. Она снова хочет заговорить, а мне это нахер сейчас не нужно. Слишком сильно сбивает.

Закрываю ее рот поцелуем. Дергаю ремень на брюках, высвобождая напряженный член.

Сейчас.

Раздвигаю ее ноги шире, не позволяю сдвинуть бедра, когда она опять смазанно дергается. Толкаюсь вперед.

Блядь.

Зажимается. И вообще, сухая. С другими никогда проблем не было. Шмары, которых я драл, текли будто по щелчку.

Ее холодность выбивает. Злит.

Что ей не так?

Она… хрупкая. Напряженная. Может нежнее надо?

Не моя тема. Все эти ласки. Соплежуйство. Сразу к делу. Выплеснул эмоции, перезарядился и до следующего порыва, когда придет пора утолить голод.

Но тут у меня не голод и не жажда. Что-то глубже гораздо, чему даже определения нет. Ток вдоль хребта. Разряды под ребрами. Вот как это ощущается, блять.

Стараюсь ее приласкать. Не думаю. Делаю и все. Оно само по себе прет. Накрываю ее плечи ладонями, опускаюсь на грудь. Целовать не перестаю. Мягче действую. Осторожнее.

Она будто затихает немного. Прежней крупной дрожи не чувствую. Легкий трепет.

Развиваю это.

Ласкаю ее грудь, прихватываю соски. А после с трудом отлипаю от сочных губ, прокладываю себе дорогу по шее. Помечая кожу. Ниже и ниже. Прихватывая зубами, прикусывая, подразнивая.

Она застывает подо мной. Больше не вырывается. Не пробует оттолкнуть.

Нервный вскрик вырывается из ее горла, когда слегка царапаю зубами сосок.

Ладонь на моем затылке, пальцы скользят по волосам, и я сам головой двигаю, чтобы она меня приласкала.

Замерла. Не ведет рукой.

Дальше опускаюсь. Тянет туда. К животу. Языком прохожусь по ее ребрам и ниже перемещаюсь. У нее такая кожа, что сразу не отлипнуть.

А как она пахнет…

Жадно воздух втягиваю.

В самый последний момент обрываю себя. Задерживаюсь над низом ее живота.

Какого хера?

Будто пьяный. Еще бы секунда — впился губами и там. А это нихуя не мужское дело.

Охренеть меня перемкнуло.

Зависаю на секунду, чтобы снова полный контроль взять. И возвращаюсь выше, делая один глубокий вдох за другим.

Не могу надышаться. Плавит.

Прижимаюсь к ней снова. Теперь все по-другому. Член давит, упирается в нее — сразу чувствую влагу.

Она всхлипывает. Потрясенно, встревоженно, будто своей собственной реакции пугается.

Да, бля. Меня самого приложила, а теперь так наивно глазами хлопает.

Целую ее, чтобы не отвлекалась. За собой на дно утягиваю. И толкаюсь вперед, мощнее и резче. Так, чтобы сразу войти до упора.

Хер едва вламывается.

Она пиздец какая тугая. Раскаленная. Пульсирующая. До одури тесная. Обтягивает меня настолько плотно, что я почти кончаю, едва оказавшись внутри нее.

Сука. Стоп. Что-то не то.