Лагерь располагался на открытом участке земли между двумя промышленными зданиями. Судя по запаху, одно из них было клеевым заводом, и Алекс, подходя к нему, с трудом сдерживался, чтобы не зажать нос платком. Сам лагерь напоминал плавающий на поверхности воды мусор: груду ящиков, коробок, брезента, картона и чего-то похожего на старые простыни. Все эти материалы были собраны в импровизированные укрытия, которые выглядели не слишком надёжными и тёплыми.

По всему лагерю были разбросаны металлические бочки, в некоторых из них горел огонь. Алекс знал, что днём обитатели таких лагерей рыщут по городу в поисках дров. С наступлением темноты все бочки разжигают, чтобы обитатели лагеря могли хоть немного согреться перед тем, как лечь спать в своих импровизированных укрытиях.

— Привет, — окликнул Алекс группу людей, сбившихся вокруг одной из бочек. Обитатели таких лагерей обычно настороженно относятся к незнакомцам, особенно к тем, кто хорошо одет. Одежда Алекса не была роскошной, но она выдавала в нём одного из тех немногих счастливчиков, у кого в эти мрачные времена ещё есть работа.

— Чего тебе надо, мистер? — спросил здоровяк с лохматой чёрной шевелюрой. Все, кто сидел у костра, повернулись и посмотрели на Алекса с настороженностью и подозрением. Алекс достал из кармана открытую пачку сигарет и потряс её, пока не нашёл одну.

— Я искал место, где можно было бы покурить в тепле, — сказал Алекс, зажав сигарету в зубах. Он протянул пачку, подойдя к бочке с костром. — Не хотите присоединиться?

Остальные члены группы, двое оборванцев и худощавая женщина с обветренным лицом, посмотрели на говорившего. Это был высокий мужчина с широкими плечами и квадратной челюстью на лице, осунувшемся от недоедания. Его карие глаза смотрели холодно и пристально. Он смерил Алекса взглядом, а затем пожал плечами и взял сигарету.

— Если у тебя есть табак, мы не против, — сказал он.

Алекс достал из пачки еще сигарет и предложил их всем, кто сидел у костра.

— Так зачем ты на самом деле здесь? — спросил предводитель, сделав затяжку.

— Вы знаете о "Братстве надежды"?

— Конечно, — ответила женщина. — Там хорошо кормят, а монахини не слишком назойливы с нравоучениями.

— Братья, которые там заправляют, говорят, что в округе пропадают люди, — сказал Алекс. — Вы что-нибудь об этом слышали?

Воздух у костра внезапно стал холодным, люди переглянулись с тревогой. Было ясно, что они что-то знают, но не хотят об этом говорить. Алекс не мог понять, причастны ли они к происходящему или просто боятся, что, если произнести вслух то, чего они боятся, это станет реальностью.

— Где мои манеры? — спросил Алекс, когда неловкая пауза затянулась. — Меня зовут Алекс Локерби. Я частный детектив.

— Мы не хотим неприятностей, — сказал невысокий мужчина с впалыми щеками. Он выглядел так, будто хотел уйти, но тепло костра заставило его передумать.

— Послушайте, — сказал предводитель с квадратной челюстью. — Кого бы вы ни искали, их здесь нет, а если бы и были, мы бы не стали выдавать их частному детективу.

— Ничего подобного, — сказал Алекс. — У меня нет никаких документов на них. — Многие частные детективы работали на полицию и суд, разыскивая людей, находящихся в розыске, или тех, кто нарушил условия освобождения под залог. Алекс предложил собравшимся еще одну сигарету, и они нерешительно взяли ее. — Меня воспитал святой отец, который руководил старой миссией, — объяснил он. — Епископ, который руководит этой миссией, сказал мне, что люди, которые раньше регулярно сюда приходили, вдруг перестали появляться.

— Может, они нашли работу, — с вызовом в голосе сказала женщина.

Учитывая экономическую ситуацию, это было маловероятно, но Алекс подавил в себе желание съязвить. Эти люди жили в лагерях, сбившись в кучки у жалких костров не потому, что были ленивыми или глупыми. Крах фондового рынка разрушил жизни многих людей. Алекс сам был сиротой и вполне мог оказаться на их месте, поэтому старался не относиться к ним легкомысленно.

— Если так, я пойду и сообщу епископу Косгроуву хорошие новости, — сказал Алекс. — Он будет в восторге. Но дело не в этом, — сказал он, оглядывая грязные лица, сгрудившиеся у костра. — Не так ли?

— Люди уходят и не возвращаются, — сказал мужчина с квадратным подбородком. — Некоторые говорят, что просто устали от холода и решили уехать, но я считаю, что это вранье.

Алекс предложил ему еще одну сигарету, и тот сразу же взял ее.

— Почему вы считаете, что это вранье?

— Потому что они не возвращаются за своими вещами, — сказал коротышка, оглядываясь по сторонам, словно ожидая, что на него вот-вот набросится какое-нибудь страшное существо за то, что он посмел заговорить.

Алекс кивнул. Это было подозрительно. Бродяги были и до Великой депрессии, мужчины и даже несколько женщин, которые просто не хотели быть частью современной жизни и скитались с места на место, как им вздумается. Большинство этих профессиональных бродяг на зиму уезжали на поезде на юг, во Флориду или Техас, но никто из них не уезжал, не забрав с собой свои немногочисленные пожитки.

— Как думаете, куда они направились? — спросил Алекс, затягиваясь сигаретой.

Коротышка пожал плечами.