— Я видел, что вы называете его "Братством надежды", — сказал Алекс, стараясь сдержать раздражение.

— Это в честь отца Клементина, — объяснил Косгроув. — Мы много лет назад хотели построить для него новое здание, но он был слишком упрям, чтобы отказаться от старого.

— Зачем тратить деньги на строительство нового здания, если старое прекрасно функционировало? — спросил Алекс. Как он ни старался, сарказм все равно проскальзывал в его голосе.

Епископ даже усмехнулся в ответ.

— Ты же знаешь, что старое здание было в плачевном состоянии, — сказал он. — На его содержание уходило в четыре раза больше средств, чем на содержание нового здания. Я не хотел закрывать миссию, Алекс. Я просто хотел перевести ее в более подходящее помещение.

Алексу с детства внушали, что по поведению человека можно понять, когда он лжет. Лжецы обычно ерзают или не смотрят в глаза. Во время своего объяснения епископ не сводил с Алекса глаз и сидел совершенно неподвижно. Если старик и лгал, то делал это очень умело.

— Мне не нужно, чтобы ты мне верил, — сказал он после короткой паузы. — Я здесь не ради себя, а ради людей, которым служит миссия. Ради людей, которых отец Клементин любил и которым служил большую часть своей жизни.

Это был удар ниже пояса: использовать работу отца Гарри, чтобы надавить на Алекса. Самое обидное, что это сработало.

— В чем ваша проблема, епископ Косгроув?

— Я еженедельно получаю отчеты от брата Уильямса, одного из тех, кто руководит Миссией.

Алекс кивнул. Он был знаком с братом Уильямсом, и тот показался ему вполне порядочным человеком.

— За последние несколько недель число бедняков, которым помогает Миссия, сократилось.

— Разве это плохо? — спросил Алекс.

— Ну да, — ответил Косгроув, серьезно кивнув. — Мы молимся о том дне, когда в наших услугах больше не будет необходимости, но, я уверен, ты знаешь, что экономика продолжает буксовать, а зима не за горами. Исторически сложилось так, что сейчас наши услуги более востребованы, чем в теплое время года.

Алекс пожал плечами.

— Вы правы, что становится холоднее. Может быть, ваши пропавшие подопечные решили отправиться на юг, где потеплее.

— Возможно, — согласился Косгроув. — Но мы потеряли более сотни человек, мистер Локерби. Мужчин и женщин, о которых общество забыло. Людей, которые никому не нужны, кроме нас.

— И вы думаете, что с ними что-то случилось?

Косгроув подался вперед в своем кресле.

— Я не знаю, — признался он. — Но я плохо сплю с тех пор, как узнал об этом.

— И вы хотите, чтобы я выяснил, куда пропали эти Забытые?

— Да, мистер Локерби, я пришел к вам с этой просьбой. — Он сделал паузу и посмотрел на Алекса тяжелым взглядом. — Я прошу вас не ради себя, понимаете? Мне все равно, что вы обо мне думаете. В газетах этих людей называют "забытыми", и это правда, даже если они сами об этом не знают. — Он замолчал и отвернулся к окну, за которым виднелся город. — Если вы не выясните, что случилось с этими пропавшими мужчинами и женщинами, никто другой этого не сделает. Никто даже не станет искать.

Алекс стиснул зубы. Ему очень хотелось ненавидеть Косгроува, но он не мог заставить себя это сделать. Очевидно, что они с отцом Гарри смотрели на вещи по-разному, но в их разногласиях не было злобы. Хуже того, епископ был прав. Если бы с Забытыми случилось что-то плохое, никто бы и не стал выяснять, что именно.

— Вы сообщили об этом в полицию?

Косгроув вздохнул и кивнул.

— Они отнеслись с пониманием к моим опасениям, но дали понять, что у них слишком много других дел.

Алекс не удивился. В таком большом городе, как Нью-Йорк, полиция всегда была занята.

— Если вас беспокоит оплата, мистер Локерби, я заплачу вам сам, — сказал Косгроув. — В конце концов, работник достоин своего вознаграждения.

— Лука, — кивнул Алекс. — Глава десятая, стих седьмой.

— Вижу, отец Клементин хорошо вас воспитал, — сказал Косгроув.

— Он также учил меня, что долг человека, заботиться о своих ближних, особенно о тех, кто не может позаботиться о себе сам.

— Значит ли это, что ты возьмёшься за моё дело? — спросил епископ Косгроув с лёгкой улыбкой.

Алекс кивнул.

— Я зайду в миссию и поговорю с братом Уильямсом, — сказал он. — Рядом с миссией есть какие-нибудь лагеря?

— Их слишком много, — подтвердил Косгроув. — Брат Уильямс скажет вам, где ближайший.

— Хорошо, ваше преосвященство, — сказал Алекс, вставая. — Я поспрашиваю и посмотрю, что смогу выяснить. Возможно, мне понадобится пара дней, после чего я с вами свяжусь.

Епископ Косгроув поблагодарил его, и Алекс проводил его до двери.

— О чём это он? — спросила Лесли, когда епископ ушёл. После кофе и сигареты от Марни она, похоже, пришла в себя.

Алекс объяснил, в чём дело, и тоже закурил.

— Думаешь, что-то случилось? — спросила Лесли.