Я ползу в глубь магазина. Мне приходится дважды пригнуться, потому что над моей головой в гипсокартонной стене снова появляются дыры от пуль.

Что-то меня в этом настораживает. Я имею в виду не только то, что кто-то только что снес голову парню, с которым я пришел поговорить.

Судя по тому, какие дыры пробивают эти пули, это, наверное, 12,7-миллиметровые? Может, M82 или M107. Довольно мощная пушка. Сам я никогда не стрелял из такого. Самое близкое, что у меня было, это старый "Драгунов".

К счастью, мне хватило одного выстрела, потому что стрелял я из рук вон плохо. Чтобы метко стрелять из такого оружия, нужно быть профессионалом, особенно на расстоянии. Эти ублюдки стреляют как мулы. Этот придурок — полный отстой.

Нет. Постойте. Если бы стреляли плохо, они бы не попали в Руди и его конструкцию. Они не промахнулись, они целятся не в меня.

Я встаю, показываю им средний палец и жду. Блин, надеюсь, что я прав.

Отсюда я вижу с полдюжины мест, где мог бы быть снайпер, но не слышу выстрелов. Если они используют M82, то могут быть на расстоянии больше полутора километров. А если у них есть какая-то магия и они засели на крыше здания еще дальше, то я их вообще не увижу.

Последний выстрел пробивает стену менее чем в полуметре справа от меня, как будто они просто хотят показать, что могли бы убить меня, если бы захотели. Я жду еще пару минут. Ничего. Это не значит, что их нет, но я думаю, что это вполне вероятно.

Меня беспокоит не столько то, что Руди только что застрелил снайпер, который, судя по всему, хочет взять меня живым, сколько то, что пуля пробила сверхпрочные защитные барьеры на окне, которые сделали бы его прочнее танка "Абрамс".

Обычная пуля, скорее всего, отскочила бы от стекла или просто остановилась бы, не долетев до цели. Возможно, эту работу поручили бы обычному снайперу, но я сомневаюсь, что маг, отдавший приказ об этом убийстве, доверил бы обычному стрелку стрелять магическими пулями.

Я отрываю кусок мяса от своей рубашки и бросаю его на пол. Одна из стен выглядит так, будто Джексон Поллок рисовал дробовиком. А это значит, что скоро здесь будет полиция.

Интересно, что они подумают о Гретхен. Она все еще стоит на одной ноге, и взгляд у нее такой же мертвый, как и раньше. Вместо крови из нее сочится вязкий голубой гель. Да, это зрелище им точно понравится.

Руди, это тупик во многих смыслах. Он не только не оставил после себя ни следа, но и я ничего не могу выведать у обезглавленного трупа. Разве что в шарады поиграть.

В любом случае все это бессмысленно. Вдалеке слышны сирены, и начинают собираться зеваки. Пора уходить. Я выхожу через заднюю дверь, наклеиваю на грудь стикер с надписью "МЕНЯ ЗДЕСЬ НЕТ" и выхожу в переулок.

И это хорошо. Потому что ко мне уже направляется полиция. Я стараюсь держаться от них как можно дальше. Столкнуться с кем-то в таком костюме не страшно, но может получиться неловко.

Я подумываю о том, чтобы угнать одну из полицейских машин, но если я пытаюсь избежать неловкости, то это бесполезно. Вместо этого я нахожу "Сивик" в паре кварталов отсюда.

Господи Иисусе, у меня над головой пролетели 50-е патроны. Я встал и приказал им застрелить меня. Каким же я, черт возьми, тупым могу быть?

Аманде, наверное, стоит знать об этом. Поэтому я съехал на обочину и позвонил ей.

— Привет, — говорит она.

— Руди мертв, — говорю я. — Снайпер выстрелил в его окно. У него голова лопнула, прыщ. Однако, похоже, они не хотят моей смерти, потому что намеренно промахнулись, потратив на боеприпасы что-то около восьмисот баксов.

— Какого черта?

— Да, я чувствую то же самое. Но я получил кое-какую интересную информацию. Голем и два отряда наемных убийц были наняты одним и тем же человеком. Держу пари, что это тот же человек, который только что стрелял в меня.

— С тобой все в порядке?

— Во мне нет никаких дыр, — говорю я. — По крайней мере, новых нет. Одна рука немного порезана осколками стекла, но это пустяки. Интересно будет посмотреть, что с ней сделает бригада уборщиков. У него была конструкция, которая выглядела по-настоящему человеческой, но явно не была таковой, и по этому поводу у копов возникнут вопросы.

— Черт возьми. Многие люди будут в бешенстве. — У нее такой тон, как у подростка, который только что разбился на машине и боится, что папа рассердится.

— Это ведь не отразится на тебе, правда?

— Нет. Честно говоря, это никого не удивит. Многие люди знали о его подставе в течение многих лет и считали его идиотом, полагавшим, что он слишком ценен, чтобы его убивать.

— Он был жестоко выведен из этого заблуждения, поверьте мне.

— Ты сказал, что люди, нанявшие отряд убийц, были теми же самыми, кто купил голема?

— Это то, что он сказал перед тем, как у него лопнула голова. Но он не удосужился сказать мне, кто именно.

— Господи. Какого хрена ты туда полез?

— Не знаю, но я кому-то действительно нравлюсь, иначе меня бы тоже размазали по стене у Руди.

— Или они тебя действительно ненавидят и готовят к чему-то более грязному.