Эти ребята, вероятно, привезли сюда свое оборудование, пульт дистанционного управления, строительную пену, все, что угодно, и это ждало их. Затем они пришли в казино, спустились вниз, разбрызгали пену на своего голема и оживили его, как только поставили тарелку.

Затем они были удивлены, увидев людей, которые пришли на погрузочную площадку и заставили голема поразить их магией, содержащейся в драгоценных камнях. Это заклинание, которое мы подобрали.

Никто из этих парней не является магом. Они просто знают о нем достаточно, чтобы купить себе Голема в коробке и собрать его, как мебель в плоском исполнении. "Хемюнцюли" от Икеа.

Надпись на иврите сделана краской. Я тянусь к ней, но прежде чем успеваю подойти достаточно близко, голем отбрасывает меня к стене. На этот раз я бросаю гранату.

К этому моменту все присутствующие поняли, что происходит. Я понимаю, почему они были в чистых костюмах, они могут носить под ними все, что захотят, и не покрываться строительной пеной, и от них легко избавиться.

Но у них нет карманов, и эти парни не предполагали, что им придется доставать оружие. Так что, пока меня швыряло через всю комнату, они пытались расстегнуть свои костюмы настолько, чтобы добраться до пистолетов.

Все это должно было быть довольно громким. Я не уверена, потому что все, что я слышу, это звонок. Я не удивлена, увидев, как Николь и Рейчел вбегают в комнату.

Рейчел роняет одну из них, не успев сделать и двух шагов. Выстрел Николь промахнулся и срикошетил от металлической полки, пуля застряла в пенопластовом големе. Целительная способность голема выталкивает пулю наружу и заделывает отверстие за ней.

Этот тип голема создать проще всего. У него на лбу написано еврейское слово "эмет", обозначающее истину. Это довольно распространенный способ сделать это. Технически, вы можете использовать любое слово. То, с которым я столкнулся в Детройте? У него на лбу было написано "ОТСОСИ МНЕ". По сути, мне пришлось заманить его в автомобильный уплотнитель, чтобы остановить.

Иврит, это не просто традиция, это практичность; Корни големов уходят в иудейскую магию. Этот метод существует уже много веков и имеет встроенный выключатель.

Если вы сотрете букву "алеф", вы измените слово на "мет". Смерть. Голем погибает. Проблема решена.

Вот только тот, кто придумал этот метод, не учел, что большинство големов чертовски огромны и чтобы дотянуться до их чертовых лбов, нужна стремянка. К счастью, есть способ это обойти.

Я уворачиваюсь от его кулака и хватаю гранату. А теперь самое сложное. Я уклоняюсь от очередного удара и хватаю кулак, когда он пролетает мимо. Ладонь у него размером с обеденную тарелку, так что за нее легко ухватиться.

Големы не отличаются сообразительностью. Они не знают, как справиться с тем, что надвигается на них, вместо того чтобы убегать. Голем поднимает кулак, а я повисаю на нем, и подносит его к своему лицу, чтобы получше рассмотреть.

У меня нет ластика, чтобы стереть буквы. Но есть кое-что получше. Я выдергиваю чеку, засовываю гранату размером с мячик для гольфа в открытый рот и падаю на пол. Никто не говорил, что ее нельзя стереть изнутри.

Я бегу к Рэйчел и Николь, которые ведут ожесточенную перестрелку с двумя оставшимися в живых големами, сбиваю их с ног и прячу нас за широким металлическим ящиком.

Граната взрывается с приглушенным хлопком. Осколок пробивает металлический ящик и оставляет глубокую борозду на моей руке. Тишина.

Я поднимаю голову над металлическим ящиком. У голема отсутствует голова, а большая часть туловища превращается в порошок. Оказывается, строительная пена, не подвергшаяся воздействию магии, обладает такой же баллистической стойкостью, как папиросная бумага. Помимо уничтожения голема, шрапнель превратила людей в куски мяса.

— Все чисто, — говорю я.

— Что, черт возьми, это была за штука? — Спрашивает Рейчел.

— Голем. Они купили его у кого-то. Собрали его здесь.

Николь выглядывает из-за края ящика.

— Это... пикантно, — говорит она.

— Я видел и похуже, — говорим мы с Рейчел одновременно.

— Джинкс, ты должна мне пиво, — говорит Рейчел.

— Мы можем уйти? — Николь говорит. — Меня сейчас стошнит на мои туфли, а они от Лабутен.

— Можешь блевать на мои, — говорю я. — Они дешевле.

— Не искушай меня.

Глава 8

Николь не приняла мое предложение, и я не могу сказать, что меня это расстраивает. Мы выходим из погрузочного отсека, и Николь набрасывает на нас сеть, делая нас невидимыми для всех, кто на нас смотрит.

И это хорошо. Здесь полно полиции. Пока мы выходим из погрузочного отсека, спецназовцы занимают позиции, и мы оказываемся между ними и казино. Мы немного ускоряемся, потому что невидимость, это еще не гарантия неуязвимости.

Честно говоря, я удивлен, что это сработало. У меня есть теория, что то, в какой магии ты преуспеваешь, многое говорит о твоей личности.

Например, я хорош в магии личного уровня и в разговорах с мертвыми. Я нарцисс, который зациклился на прошлом и не умеет находить общий язык с другими людьми. Понимаете, о чем я?