Нахуй. Здесь происходит больше, чем я понимаю, и, судя по тому, что за ней гонится целая армия, мы с ней на одной стороне или, по крайней мере, движемся в одном направлении.

— Ладно. Никакой лжи, — говорю я.

— Правда?

— В этом нет особого смысла, верно? Мне плевать на всю эту странную хрень, которая здесь творится. Мне просто нужно кое-что выяснить.

Она смотрит на меня так пристально, будто от ее взгляда ответы сами посыплются из меня.

— Боже, ты серьезно, да? — спрашивает она. — Ладно. Что ты делаешь в Вегасе?

— Возможно, нам понадобится еще алкоголя. Начну с моей бывшей жены.

Глава 6

Три порции скотча, четыре коктейля "Мидори сауэр" и два стакана имбирного эля спустя Рэйчел откидывается на спинку стула, смотрит в потолок и говорит:

— К черту все это.

— В общем, да.

— Ты умер? Серьезно, по-настоящему умер? Ни сердцебиения, ни пульса.

— Даже кремировал свое тело.

— И твоя девушка вернула тебя к жизни? Вот это настоящая любовь.

— Она мне не девушка, — говорю я.

— Конечно, не девушка. Поэтому ты здесь и пытаешься спасти ее душу? Ой, да я просто прикалываюсь. Это проще, чем думать, что ты какой-то ацтекский бог солнца.

— Бог смерти, — говорю я. — Ты, наверное, про Уицилопочтли.

— Даже не буду пытаться произнести это имя. Почти так же сложно, как валлийский. Я все еще немного в замешательстве. Ты сказал, что у тебя есть связь с Оракулом, но не уточнил, какая именно.

— Нет, — говорю я. — Пока нет. Твоя очередь. Ты знаешь Николь. Откуда?

— Откуда ты знаешь Николь? — спрашивает она.

— Я первый спросил.

— Отлично. Лет пятнадцать назад я отправилась на поиски Оракула. Она убедила меня, что это плохая идея.

— Это нормально? Она отталкивает людей?

— Нет. Моя просьба... привлекла ее внимание. После этого я была у нее в долгу, хотя она никогда не поднимала эту тему. Мы стали друзьями. У нее не было никого, с кем она могла бы поговорить. Кроме меня. Я никогда ничего от нее не хотела.

— Это произвело на нее сильное впечатление, да?

— Эта штука, манипулирующий мешок с дерьмом, который вмешивается в жизни людей и не заботится о последствиях.

Звучит знакомо.

Ты можешь прожить всю свою жизнь, ни о чем не жалея, даже не думая о том, что сделал много лет назад. До тебя это не доходит, пока ты не увидишь последствия.

— Если я когда-нибудь найду того придурка, который это сделал, я вырву у него чертовы глаза и сделаю из них пару гаек для грузовика.

— Это было ярко, — говорю я.

— Ты спросил.

— Она тебе никогда не говорила, — говорю я. — Никогда не упоминала о своей роли в его создании?

— Я знаю, что это было сделано для нее, — говорит она. — У нее никогда не было выбора. Почему ты смеешься?

— У нее был выбор, — говорю я. — Каждый шаг, который она делала, она делала по собственной воле. Вплоть до самого низа.

— Что, черт возьми, ты об этом знаешь?

— Я был там, — говорю я. — Я не знаю, что она тебе сказала, но это была ее идея. Ну, все, кроме последней части. Эта часть в значительной степени зависит от меня.

— Ты что?

— Николь нашла книгу заклинаний, чтобы создать Оракула. Единственная проблема заключалась в том, что для этого нужен был некромант. И как раз в это время в городе оказался некромант.

Тишина. Когда она наконец заговаривает, каждое слово звучит отрывисто, словно хрупкая плотина, сдерживающая поток ярости.

— Расскажи мне. Все.

Я так и делаю. Когда я заканчиваю говорить, она смотрит в никуда. Я знаю этот взгляд.

— Ты действительно хочешь прибегнуть к насилию из-за этого?

— Ты загнал ее в ловушку.

— Она получила то, чего хотела: мертвого парня и возможность поговорить с Оракулом. Я получил то, чего хотел: нож в спину мне не всадили.

— Скажи мне, что ты хотя бы не понимал, что творишь.

— Конечно, я ни черта не понимал, — говорю я. — Только спустя годы, когда я по-настоящему погрузился в магию, я понял, что натворил.

— И ты просто оставил все как есть?

— Что, черт возьми, ты хочешь от меня услышать, Рэйчел? Я что, напортачил? Да. Поступил ли я ответственно, придя, чтобы уничтожить его, зная, какой хаос он может устроить? Нет. Я даже не представляю, как бы я это сделал. К тому времени, как я разобрался, он уже десять лет как был в этом мире. Еще? В то время у меня были другие дела.

— Ты разрушила жизнь Николь.

— Николь сама разрушила свою жизнь. Они с бойфрендом пытались использовать меня, чтобы убить друг друга и заполучить Оракула. Я подстроил все так, чтобы один из них получил желаемое. Им оказалась Николь. Думаешь, она не попыталась бы убить и меня? Она не безгрешна.

— Ладно, да. Ты прав. Но часть ответственности лежит и на тебе.

— Я этого и не отрицал. Он в равной степени и моя вина, и ее.

— Почему ты все время называешь его "он"?

— Николь тебе его не описывала, да?

— Я и не хотела знать.