Я выхожу из машины, пригибаюсь и направляюсь в сторону выстрелов, держа свой "ЗИГ-зауэр" наготове. После пяти лет, проведенных в качестве заместителя бога смерти, я все еще немного дезориентирован, когда снова становлюсь человеком. Не все работает идеально. Как и моя ориентация в ситуации.

— Повернись. Брось пистолет.

— В таком порядке?

— Умник, да? Брось гребаный пистолет.

Я делаю, как он говорит, швыряю SIG в грязь. Я медленно поворачиваюсь. Мне не очень нравится мысль о том, что меня могут подстрелить. Это больно, и, по крайней мере, потом приходится иметь дело с занозой в заднице.

Парень одет в черные спортивные штаны, кевларовый жилет, противогаз, закрывающий все лицо, и пистолет-пулемет HK MP5, оснащенный глушителем и планками Пикатинни, с зеркальным прицелом, фонариком и штурмовой рукояткой, потому что, я думаю, у него было много денег, которые он мог спустить.

Его экипировка выдает в нем военного, но осанка, то, как он держит пистолет, и заметный животик, свисающий с ремня, говорят о том, что на самом деле он скорее из тех, кто играет в войнушку по выходным. Не говоря уже о пистолете HK, который, как мне кажется, больше никто не использует.

— Ну и красавчик же ты в этом прикиде! — говорю я.

— Что?

— Жарко. Ты знаешь. Пустыня? Здесь как минимум тридцать градусов. На мне белая рубашка с коротким рукавом и брюки цвета хаки, что совсем не в моем стиле, но в черном здесь можно заработать тепловой удар.

— Кто ты, черт возьми, такой?

— Почему ты меня еще не пристрелил?

— Я задаю тебе гребаные вопросы.

— В смысле, в этом нет смысла. Что бы вы с друзьями здесь ни делали, вряд ли это что-то хорошее. Вы здесь, чтобы кого-то убить, и я могу догадаться, кого именно. Но если вы это сделаете, у вас будут свидетели, если только вы их тоже не убьете. Так почему ты меня до сих пор не пристрелил?

— Я... — Сквозь противогаз я вижу только его глаза, но ясно, что он не знает, что делать. Я вижу, что происходит. Он не знал, на что подписывается. Наверное, поэтому он здесь, охраняет грузовики, а не убивает людей.

— Ты ведь никогда раньше никого не убивал, да?

— Отвечай на мой чертов вопрос.

— Черт, прости. Что это было?

— Кто ты, черт возьми, такой?

— Ой. Меня зовут Эрик. Тебя?

— Почему ты здесь?

— Я слышал, что за суши можно умереть. Первый раз испытываешь испуг? Я знаю дыхательное упражнение, которое поможет.

Особенность противогазов в том, что видимость дерьмовая. От его дыхания линзы запотевают, и на них скапливается грязь и пыль, вы не поверите.

Я медленно подбираюсь к нему поближе, а он, похоже, этого не замечает. Вот незадача для него. Думаю, теперь я достаточно близко.

Опасная бритва оказывается у меня в руке прежде, чем я успеваю подумать о том, чтобы вытащить ее. Не уверен, что когда-нибудь привыкну к этому. Кажется, она знает, когда мне это нужно. Последним оружием, которое у меня было с собой, был старый нацистский браунинг Хай-Пауэр, который был настоящим придурком. Хотя проделал в нем чертовски много дыр.

У бритвы, похоже, нет своего мнения о том, что я с ним делаю. Кажется, она просто хочет быть полезной. Как щенок. Обезглавливающий, перерезающий горло, мгновенно убивающий щенок.

Я замахиваюсь левой рукой, делаю шаг вперед и отталкиваю его пистолет в сторону. Бритва проходит по его горлу, как по желе. Кровь фонтаном хлещет из раны, когда его голова запрокидывается назад, как автомат для продажи сигарет. Он умер еще до того, как упал на землю.

И теперь я весь в крови. Не знаю, почему я просто не хожу в этом гребаном плаще. Вот почему я предпочитаю носить черное. У меня есть заклинание для манипулирования кровью, которое удаляет ее с моей одежды, волос и кожи. Я уже собираюсь воспользоваться им, когда чувствую, как вдали вспыхивает магия.

Я думаю, это могла быть Рейчел, но потом появилась еще одна, а потом еще. Там как минимум три мага. Если я выпущу заклинание, они набросятся на меня, как мухи на дерьмо. Лучше пусть они реагируют на меня, а не наоборот. Ну, не то чтобы я никогда раньше не был весь в крови. Много. Я хватаю у парня MP5 и засовываю в карманы пару дополнительных магазинов. Иисус. У него был пистолет с полностью автоматическим режимом стрельбы.

Территория школы Рэйчел представляет собой череду полузасыпанных бункеров, сборных каркасно-тентовых ангаров и стрельбищ, разбросанных по акрам пустынного гравия и кустарника. Я выезжаю со стоянки, пригибаясь и стараясь держаться в тени, где только можно.

Я чувствую мертвецов еще до того, как оказываюсь рядом с ними. Поблизости есть несколько свежих призраков и эха. Они растеряны, шокированы, злы. По крайней мере, те, у кого хватает осознанности, чтобы вообще что-то чувствовать. Всего их может быть около дюжины. Не все оставляют после себя призраков. В среднем это происходит в 25% случаев, плюс-минус. Впереди может быть от 20 до 50 мертвецов.

Я прячусь за зданием и прислушиваюсь. Стрельба стихла, хотя в любую секунду может возобновиться с удвоенной силой.

— Все, что нам нужно, это Хранитель. — Мужской голос. — Отдай ее нам, и мы тебя отпустим.