Другим людям становится физически плохо, они пугаются, убегают. Все это нормальная реакция. Но это толпа осквернителей, святые роллеры, для которых все, что связано с мертвецами, это мерзость, без которой я мог бы обойтись. Мы говорим о факелах и вилах. Ты добавляешь к этому зомби, что ж, это совершенно новая игра.

— Я повидала больше, чем нужно, — говорит она. — Выкладывай.

Я бросаю взгляд на Кайла. Кажется, он не обращает на нас особого внимания.

— С ним все в порядке, — говорит она. — Он знает, что к чему.

— Все в порядке. Я подняла трупы и приказала им убить всех, кто еще стоял на ногах. Кстати, спасибо за гранату. Зомби отлично нажимают на спусковые крючки, но, похоже, они ни хрена не умеют перезаряжать. Как только у них закончились патроны, пришлось сражаться врукопашную. Или, так сказать, кусать за руку.

Секунду она молчит, и по ее расширившимся глазам я понимаю, о чем она думает.

— Господи Иисусе. Все?

Нет смысла отрицать это.

— Да, все. Даже дети, которые пришли со своими семьями. Хотя у них не было оружия. В основном они кусали себя за ноги.

— Трахни меня, — говорит она. — Я не знаю, что делать с этой информацией.

— Я говорил тебе, что ты, вероятно, не захочешь этого знать.

— Ты создавал зомби? — Спрашивает Кайл. Он все еще ошеломлен, но это привлекло его внимание.

— В тот момент они уже не были людьми, — говорю я. — Просто телами. Люди, которыми они были, уже отправились туда, куда им было нужно.

— У людей есть души? Это точно? — спрашивает он. Я могу сказать, что они зашли в тупик. Когда я слышу подобный вопрос, это одно из двух. Либо они только что потеряли кого-то, либо вот-вот потеряют самих себя.

— Кайл, — говорит Рейчел. В ее голосе звучит предупреждение.

— Я просто хочу знать. — Рейчел смотрит на меня с мольбой в глазах. Я понятия не имею, что она хочет от меня услышать, поэтому выбираю правду.

— Да, — отвечаю я. — Они отправляются туда, куда им положено идти. Когда я умер, я отправился в место под названием Миктлан. Частью моей работы было помогать этим душам устроиться.

Тишина. А потом Рейчел спрашивает:

— Что?

— Это долгая история, — говорю я. — Я хочу сказать, что да, души существуют и да, они куда-то попадают. Не всегда в одно и то же место.

— Я же тебе говорил, — говорит Кайл.

— Черт возьми, Эрик.

— Эй, он сам спросил. Что ты хочешь, чтобы я ему соврал? Парень только что видел, как на заднем дворе убили кучу людей, и больше половины из них, по моей вине. Думаю, он заслуживает того, чтобы узнать хоть что-то о том, что только что произошло.

— Это какое-то дерьмо.

— Да. Но, судя по тому, что я увидела, это на удивление простой ответ.

— О чем ты говоришь?

— Вы явно стали жертвой каких-то таинственных военизированных формирований.

Ее лицо становится кислым.

— Военизированные силы, черт возьми, — говорит она. — Гребаные любители.

— Тогда скажите, что это была кучка гордых парней-психопатов, или клоунов-убийц, или еще что-нибудь в этом роде. Скажи, что они выкрикивали расистские лозунги или "Вудсток, все в порядке". Я не знаю.

— А потом они все перестреляли друг друга? — спрашивает она.

— Именно так они и поступили. За исключением тех, кто умер от укусов зомби, или тех, кого я разрезала на части. Во всяком случае, так скажут эксперты-криминалисты. Вероятно, они скажут, что это культ самоубийц. Говорят, они все кричали, что прилетит огромная летающая тарелка с Иисусом, которая заберет их всех, а потом отпустит.

— А как же дети, которые их кусали?

— Последняя мера самообороны. Кроме того, большинство из них были убиты гранатой. Они будут собирать их по кусочкам несколько дней. Это настолько чертовски странно, что копы захотят найти рациональное объяснение как можно скорее. Поверьте мне, как бы странно это ни звучало, в это более правдоподобно, чем в правду.

Рэйчел выглядит немного растерянной. Я помню, что Рэйчел была задирой. Я не помню, чтобы она была брезгливой. Но люди меняются. Возможно, рождение ребенка повлияло на ее отношение к подобным вещам.

— Возможно, продать ее будет сложнее, чем ты думаещь, — говорит она.

— Почему? — спрашивает Кайл . Сначала я подумал, что он спрашивает, почему эта история не сработала, но нет. На этот вопрос ответить гораздо сложнее.

— Я сделал что-то плохое? — спрашивает он. — Они поэтому вернулись?

Его движения медленные, как будто он плывет по грязи. Ребенок в шоке. Рейчел в мгновение ока оказывается рядом, опускается перед ним на колени и берет его руки в свои.

— Все в порядке, — говорит она тихим голосом, словно разговаривает с испуганным домашним животным. — Ты не сделала ничего плохого. С тобой все в порядке, милый. Эти люди охотились не за тобой. Те, кто похитил тебя, больше не могут причинить тебе вреда. Они больше никому не могут причинить вреда.