Я вышиб из него дух, так что с минуту он ничего не может сказать, но если это закоренелый убийца, то я Санта-Клаус. Он похож на типичного серфера из Хантингтон-Бич. Белый парень, идеальная загорелая кожа, светлые волосы с мелированием, в шортах для серфинга, в которые он сейчас писает.

Я оглядываю номер. Остальные четверо почти такие же. Две женщины, два мужчины. Все они похожи на массовку из фильма "На гребне волны". На столике в центре комнаты стоит мини-бочонок и стопка красных одноразовых стаканчиков. У меня начинает складываться нехорошее предчувствие.

— Пожалуйста, не убивайте меня. Пожалуйста, не убивайте меня. — Его голос едва слышен.

— Что ты здесь делаешь?

— Нам достался этот номер бесплатно. Какая-то дама съехала раньше времени, и нам дали номер получше. А еще у нас есть бочонок, и Люк собирался на этих выходных сделать Мелоди предложение, и, боже мой, ты их убил, ты убил их обоих, какого черта.

Я приставляю пистолет к его лбу.

— Заткнись. Кто та женщина, которая съехала?

— Я не знаю. Какая-то дама.

Блядь. Черт, черт, черт. Это была не засада. Это была приманка.

— Нас разыграли, — говорю я в рацию. — Это кучка серферов. Вы видите какое-нибудь движение?

— Нет, я... Постойте. Да. По три комнаты с каждой стороны, прямо у выхода. Всего, я бы сказал, десять. Я пока не могу сделать снимок.

Проклятье. Надо было просто уйти. Люди, которых мы видели в других комнатах, разбросанных по всему дому, ждали меня. Они не вели себя как наемники, поджидающие свою цель, так что нам, конечно, и в голову не пришло, что именно этого от них и ждут.

— Думаю, скоро к тебе нагрянут гости, — говорю я. — Прикрой свою задницу. Я сам разберусь.

— Хорошая мысль, — говорит он. — Если смогу, я тебя прикрою. А ты постарайся не погибнуть. Ты должен мне денег.

Я встаю с пола и тяну за собой Серфербоя.

—Тебя с друзьями подставили. Сейчас здесь будет очень шумно. Иди в ванную, закрой дверь и залезай в ванну. Не выходи, пока не пройдет хотя бы десять минут.

Он в шоке, но он не дурак. Он бежит в ванную. Лучше убрать его с дороги. Потому что он действительно не переживет, что будет дальше.

Я произнес заклинание, в котором было столько силы, что если в этом здании и есть маги, которые не знали, что я здесь, то теперь они точно знают.

— Хорошо, — говорю я. — Поднимаемся и атакуем их.

Четыре трупа встают. Дэнни хорошо поработал. Пуля попала прямо в сердце. Они были мертвы еще до того, как упали на пол.

— Вы двое, встаньте у двери, не попадайтесь им на глаза. Хватайте четвертого и пятого из людей, которые пройдут мимо вас. Вы двое становитесь по обе стороны от входа. Вы преследуете любого, кто проходит мимо вас.

Они спешат на свои места и ждут.

— Что, черт возьми, ты только что сделал? — Спрашивает Дэнни. — Это была чертова тонна энергии, и в комнате только что появились четыре человека. У них действительно жуткие ауры.

— Ты действительно хочешь знать?

— Это все некромантская хрень, не так ли?

— Так и есть. Так что, прошу меня извинить.

Раньше я мог оживлять человека только как марионетку. Но за последние несколько лет я кое-чему научился. Вы могли бы подумать, что тот факт, что я был мертв в то время, мог помешать мне чему-либо научиться, но это было своего рода требование к работе.

В этот раз все прошло легче, чем в прошлый, и, если я переживу это, я подозреваю, что в следующий раз будет еще легче. Теперь я могу поднять горстку трупов, отдать им неопределенные приказы, и они справятся сами. Не очень хорошо, но они это сделают. Честно говоря, я не уверен, хорошо это или плохо.

Я слышу быстрые шаги в коридоре. Если эти ребята профессионалы, а я не вижу никаких причин, по которым они могли бы ими не быть, они сначала взорвут светошумовую гранату, чтобы дезориентировать меня, и, да, этого не произойдет. Я накладываю заклинание, которое создает перед дверью пузырь тишины, распространяющийся на остальную часть комнаты. Это не должно длиться долго. Я отодвигаю диван от окна и прячусь за ним. Я по-прежнему не чувствую никаких заклинаний.

Дверь беззвучно распахивается, когда они бьют по ней тараном. Раздается звук светошумовой гранаты. Я отворачиваюсь и пригибаюсь, прикрывая и зажмуривая глаза. Даже сейчас я могу различить сквозь веки яркую вспышку света. Как только стемнеет, я вскакиваю и выпускаю пару пуль в первого же парня, который появляется в дверях.

Проблема в том, что у него баллистический щит. Высокий щит, закрывающий все тело, с единственной прорезью спереди, через которую можно смотреть.

Первый выстрел прошел мимо цели, два следующих срикошетили от щита, но четвертый прошел сквозь прорезь и попал в его лицевой щиток. Я чувствую, как он умирает, когда падает. Один из самых раздражающих аспектов жизни некроманта.