Возвращение Шрайбера выглядело так, как если бы вышел из-за угла здания, хотя вокруг не было ничего, кроме каменистого склона, густо поросшего заснеженными деревьями.

–Будьте любезны, встаньте на моё место и наблюдайте, как туда пройду я,—сказал ему Деламар.

Полковник подошёл и встал рядом. Деламар ощутил чувство, похожее на страх, но более сложное и глубокое. Он подошёл к проёму и заглянул внутрь, как и незадолго до этого, а затем шагнул вперёд, на ту сторону. Его деймон-сова остался с ним, но его когти яростно впились ему в плечо.

Он огляделся. Казалось, он по-прежнему в своём собственном мире, в Швейцарии, в лесу над Ле-Диаблере, в холодный пасмурный день. Всё было почти так же, но в чём-то принципиально иначе—и он не мог понять, в чём именно.

Это его тревожило. Поэтому он шагнул назад, присоединившись к остальным двоим.

–Отлично,—произнёс он. –Возвращаемся в Женеву.

* * *

На следующее утро месье Деламар встретился с гидом в небольшом офисе недалёко от центрального вокзала. Встреча в «La Maison Juste» не планировалась: президент по ряду причин не хотел, чтобы его гость там появлялся; а это ничем не примечательное безликое помещение, арендованное от имени фиктивной бухгалтерской фирмы, вполне соответствовало его цели.

Хьюго Бимиш выделялся среди сотрудников Деламара тем, что его образование было связано не с теологией, правом или финансами, а с географией. Он был англичанином, и его извилистая карьера пролегала от дома приходского священника в Хэмпшире, где он родился, через академическую работу в Кембридже, полевые исследования на севере Новой Дании и в полярной Сибири до офиса директора «La Maison Juste», ныне ставшего президентом нового Высшего совета Магистериума. Марсель Деламар доверил ему эту необычную и строго секретную миссию два года назад, найдя в Бимише человека, чьи скрытность и усердие были совершенно выдающимися. Он был рад, что его доверие оправдалось.

Офис, где они встретились, был тесноватым, но теплым и чистым, обставленным современной, функциональной и вполне безликой мебелью; за окнами светило солнце. Им подали кофе.

–Итак, Бимиш,—сказал президент,—сколько объектов вы обнаружили?

–Семнадцать. Во всех частях света. То есть, семнадцать я посетил лично. Есть ещё несколько, а точнее—восемь, о которых я слышал, но лично пока не видел. Все мои записи, карты с пометками и прочее—здесь.

Он указал на перевязанную прочной бечёвкой пачку из пяти-шести пухлых картонных папок, лежавшую на низком столике между двумя стульями.

–Рисунки? Фотограммы?

–Этот феномен оказывает странное воздействие на плёнку для фотограмм. Я делал съемку того, что видно сквозь проёмы, и того, что находится по эту сторону, но, похоже, эмульсия каким-то образом повреждается в результате совместного воздействия света, падающего на неё из этих двух источников. Должен быть способ это обойти, но пока я не преуспел. Выполненные мною рисунки находятся в папках вместе с записями.

–А как к ним относятся местные жители, к этим дверям?

–Если они вообще про них знают, что бывает далеко не всегда, то относятся суеверно и говорят о них с опаской. В некоторых местах их считают входом в мир духов или чем-то подобным, избегают и сторонятся. В целом, о них говорят очень мало—именно это затрудняло их поиски.

–Но вы, тем не менее, прошли через каждый? Полагаю, вас не отпугнули местные легенды? Вы исследовали, что находится с другой стороны?

–Да, я прошёл через каждый из тех, что посетил. Детали, опять же, в записях. Все проходы, которые я обнаружил, за исключением двух, находились в глухих и диких местах, и местность по обе их стороны была, как правило, очень похожа—как в случае той, что мы видели вчера—словно место для них выбралось именно из этих соображений. Но во всех случаях у меня было чёткое ощущение…

Он тревожно замолк.

–Продолжайте,—сказал Деламар спокойно. –Вы не совершаете ересь, а докладываете о необычном. Что вы хотели сказать?

Бимиш прокашлялся.

–За какую бы из этих дверей я не проходил, у меня всегда возникало чёткое ощущение нахождения в другом мире. Не просто в другой стране, или в другом климате, или в другом ландшафте—нет. Вообще за пределами нашего мира.

–Имели ли эти ваши ощущения духовную природу?

Бимиш вновь заколебался. Вид у него был тревожный, и Деламар сказал:

–Не забывайте, что вы это делали по моему прямому указанию. Что бы вы там ни увидели и что бы об этом ни доложили, это не может быть поставлено вам в вину.

–Спасибо, сэр. Духовную природу?.. Не могу сказать, откуда я в точности это заключал… В каждом из мест это было по-разному. Что стало ещё одной неожиданностью. Словно каждая из этих дверей вела с нашей планеты в свою часть вселенной. Или даже… в другую вселенную.

–Догадываюсь, как это может вас беспокоить.

Деламар взглянул на собеседника оценивающе и встал.

–Вы выглядите усталым, мой дорогой Бимиш,—продолжил он. –Стопка абрикосового шнапса поможет вам восстановить силы.

Он плеснул в пару стаканов немного золотистого напитка.