- Послушайте, - сказал Ричард. - Это из-за моих глаз, или это свечение остается того же размера?

Сам Хорст наблюдал, как зарево не удалялось вместе с замком, и искал ориентиры в ландшафте, чтобы отметить масштаб. То, что они показали ему, не утешило.

- Оно становится больше. - Он обернулся и увидел, что Алиша и профессор тоже смотрят через заднее стекло кабины на зарево.- Он преследует нас! - Хорст крикнул через стекло.

Грузовик съехал с фермерской колеи на узкую проселочную дорогу, по обе стороны которой загораживали обзор высокие, плотные заросли бокажа. Ричард снял с плеча боевой карабин "Винчестер", который был у него при себе, и проверил заряд.

- Если у тебя есть какая-нибудь дурь, которую можно пустить в ход в трудные времена, то это как раз один из таких случаев, - сказал он Хорсту.

- Худу? Честно говоря, я вполне мог бы, но понятия не имею, что это такое и как им пользоваться. Я только сегодня узнала, насколько хороша в лазании и спуске без дыхания. На самом деле я не очень опытна во всей этой работе типа “Ууу, я вампир”. Извини.

Ричард с любопытством посмотрел на него.

- Знаешь, для Повелителя Мертвых ты не вызываешь особого восторга.

Хорст пожал плечами.

- Чего ты можешь ожидать от призывника? Мое сердце никогда не лежало к этому. О, вот и мы. ’ Потому что над верхушками живой изгороди у них за спиной появилось зарево. Хорст нахмурился. ‘ Там что-то есть. В зареве... Вид на мгновение был перекрыт участком леса, но свечение просачивалось сквозь него, как туман, неумолимо сокращая расстояние до них.

Ричард поднес карабин к плечу и взвел курок, заряжая патронник. Он прищурился на странное свечение, которое освещало ветви и стволы, но, казалось, не имело центрального источника света внутри себя. "Это на деревьях!" - предупредил он.

Сквозь стекло Хорст увидел, как губы профессора беззвучно шевелятся.

Это приближается.

Неверный свет неуклонно приближался к ним, несмотря на неоднократные протесты майора профессору о том, что старый грузовик уже включил самую высокую передачу, а его нога вдавила акселератор в пол. Возможно, это было и к лучшему, что они не могли ехать быстрее по этой узкой, извилистой улочке, где живые изгороди и насыпи маячили перед ними в свете фар на каждом повороте. - Да поможет нам Бог, если мы встретим кого-нибудь, идущего в другую сторону, - сказал майор.

Хорст подумал, что все это было довольно несправедливо со стороны Судьбы. Ему вполне нравилась идея стать архитектором, возможно, или инженером. Ни в коем случае его карьерные планы не включали превращение в вампира и в конечном итоге преследование чего-то ужасного в компании очень странных незнакомцев. Он чувствовал, что это работа для Иоганна, и ему очень хотелось, чтобы его брат был там с ним или, еще лучше, вместо него. Иоганн бы уже опознал свечение, сказал бы что-нибудь содержательно-пренебрежительное по этому поводу, достал бы какой-нибудь полезный порошок из своей сумки Gladstone и разобрался с ним, вероятно, сказав при этом что-нибудь еще содержательное. Все, что Хорст мог делать, это сидеть там и ждать пока неопределенного вида ужаса, в то же время приводя в восторг своих товарищей своими плохими навыками монстра.

Но это был не совсем неопределенный ужас, понял он. Остальные, казалось, не могли этого видеть, но создавалось впечатление, что свечение было поверхностью чего-то, что нарушало обычные законы физики, восприятия и даже перспективы. У него было реальное ощущение, что есть что—то - какие-товещи— прямо за этой поверхностью, которые хотят прорваться наружу. Он мог видеть легкую выпуклость таким образом, что никогда не смог бы описать ее с удовлетворением, даже имея в виду гору словарей и тезаурусов. Дело было не в том, что в его словаре не хватало слов; просто этих слов не существовало.

- Они проходят, - сказал он вслух. Свечение местами меняло оттенок, внепространственные напряжения вытесняли фиолетовый цвет из черного в цвета, которые напрасно искали бы в электромагнитном спектре.

- Что? - переспросил Ричард, щурясь на свет. - Кто идет? Что ты имеешь в виду?

Он явно не мог разглядеть акценты в цветах, понял Хорст. Остальные не могли видеть, почему цвета, мерцающие темнее темного, были так близки к тому, чтобы лопнуть, как мениск мыльного пузыря.

И тогда они это сделали. Свечение внезапно исчезло, парадоксальным образом сделав ночь светлее, но это только позволило им увидеть то, что прорвалось, в более крупных, ужасающих деталях.