Я фыркнула, открыла свою дверь и скользнула на сиденье. Наклонилась через Джину, чтобы пристегнуть её ремнём, и потянулась закрыть дверь. Но он удержал её открытой.

— Куда ты её везёшь?

— В такое место, где она сможет проспаться.

— Позаботься о ней. — Он выпрямился и уже хотел закрыть дверь Джины.

— Лукас… — Рядом с ним не было ни намёка на того, кто мог бы натравить на меня нападавших днём. Если бы это был он, разве не спустил бы он с поводка посетителей бара, так сказать? Он наклонился, заглядывая внутрь салона. От его кожи поднимался лёгкий парок в морозном воздухе, а под татуировками перекатывались мышцы, способные, наверное, сорвать дверь моей машины с петель. — Днём на меня напали. Две женщины-оборотни.

Его глаза сузились, и их рыжевато-карий цвет стал похож на тлеющие, злые угольки.

— Когда? Где?

— У торгового центра «Вудбридж». Часов в пять, примерно. На одной была парка с меховой подкладкой, на другой — нет. Больше я ничего не знаю.

— Виктор, — прорычал Лукас. Гнев прокатился по всему его телу — я почти видела, как человеческая оболочка расступается, давая место волку. Его пальцы стиснули дверь моей машины, и я прикинула, что с учётом уже имеющейся вмятины я, пожалуй, только что исчерпала лимит по страховке. — Как ты выжила?

— Ударила одну из них серебром. У неё, наверное, до сих пор шрам. А потом появился мой друг… друг-вампир. — Называть Дрена другом было сильным преувеличением, но я была достаточно сообразительна, чтобы понимать: если это какая-то оборотническая игра, лучше выглядеть так, будто у меня есть защита. — Ты уверен, что это Виктор?

— У его стаи и моей долгая история. До меня ему не добраться, до Уинтер теперь тоже, а вот ты — лёгкая мишень…

— Ничего личного, но я тебя почти не знаю. С чего бы ему нападать на меня? — перебила я.

— Ты знаешь меня достаточно. Он готов на всё, лишь бы посеять недовольство перед полнолунием.

— Если бы я погибла, недовольна была бы не чуть-чуть, а очень сильно, — буркнула я.

Лукас фыркнул и тряхнул головой.

— Нам нужно приставить к тебе охрану, Эди.

— Ни за что.

— Моя стая в долгу перед тобой. За жизнь моего дяди, какой бы она ни была.

— Я… я тебе не доверяю, — выпалила я. Его гнев казался искренним, и мне хотелось ему верить, но хотелось верить всем — а такой инстинкт был явно не самым мудрым. — Хочу, но не могу.

Он смотрел на меня, и я почти чувствовала, как он взвешивает мою решимость. Потом отпустил дверь машины и отступил на шаг.

— Я выясню, кто они были, Эди. Как только смогу. Дам тебе знать.

— Спасибо. — Я кивнула, вставила ключи в зажигание и подождала, пока мотор схватится и заурчит, прежде чем потянуться к двери.

Лукас стоял и смотрел на меня своими дикими, волчьими глазами.

— И о себе тоже позаботься, Эди.

— Обязательно. Обещаю.

Он закрыл пассажирскую дверь и наконец дал мне уехать.

ГЛАВА 27

ГЛАВА 27

За время поездки Джина несколько раз тяжело застонала, и мне было искренне её жаль. Я сама напивалась нечасто, но прекрасно понимала, каково ей будет утром — по крайней мере, физически. Что же касается эмоционального состояния… Я лишь шумно выдохнула сквозь полуоткрытые губы. Встречаться с медведем-оборотнем и чуть самой не стать одной из них? А я-то наивно полагала, что вся монополия на идиотские жизненные решения принадлежит исключительно мне.

Я следовала четким указаниям Ашера и вскоре добралась до района, в котором раньше никогда не бывала.

Здесь всё дышало благородством. Никакого пафоса новоиспеченных богачей — уютная, комфортная старина: просторные двухэтажные кирпичные дома с мансардными окнами на чердаках, окруженные вековыми высокими деревьями. Это была земля нормальных людей, ожившая сказка — что казалось довольно странным, учитывая, что сам Ашер был кем угодно, но только не «нормальным». Я свернула на подъездную дорожку и оставила мотор работать ради Джины.

Ашер встретил меня у дверей, выглядя именно так, как я привыкла его видеть. Оливковая кожа, темные волосы, глубокие кофейные глаза. Он прошелся по мне быстрым взглядом, а затем посмотрел дальше, на Джину, которая всё еще полулежала на пассажирском сиденье.

— Ну и куда мы её определим — в гостевую спальню или сразу в гостевой туалет?

— В место, где побольше кафеля.

Он пошел за мной к машине, и мы выудили подругу наружу. Джина продолжала невнятно бормотать что-то жалобное, пока Ашер помогал мне тащить её по просторной прихожей. Мы вместе поднялись по лестнице, и я устроила её прямо внутри чугунной ванны на львиных лапах, пока Ашер ходил за дополнительными полотенцами. Я уселась рядом на закрытую крышку унитаза, поглаживая её по волосам. Вскоре вернулся Ашер и прислонился спиной к стене.

— Я вообще хочу знать, что произошло?