Я уперся руками в стойку и подался к нему, когда во мне внезапно вспыхнул гнев. Раньше я не устраивал Вейлу проверку биографии, потому что это сделал Дексен. Теперь я понял свою ошибку и собирался ее исправить.

— Скажи мне, этот бывший еще жив, и если да, то где мне его найти?

Никто не имел права причинять вред такому милому человеку, как Вейл.

Он покачал головой.

— Я не хочу, чтобы ты к нему приближался. К тому же у него связи в высших кругах.

— Мои выше, — я одарил его улыбкой, которая показывала, что я говорю совершенно серьезно. И в ней не было ни капли дружелюбия.

Вейл положил свою ладонь поверх моей на стойке.

— Джордан, это любезно с твоей стороны, но он не стоит ни капли этой энергии. Придет день, и его заберут с этой земли так, как он того заслуживает. Карма — сука. Его черед еще придет.

Я хмыкнул.

— Кармой могу стать я. И я могу убрать его быстро.

— Пожалуйста, не надо. Он того не стоит.

Его ладонь все еще накрывала мою, поэтому я перевернул руку и перехватил его ладонь в свою. При этом движении его прекрасные глаза расширились, но я держал крепко.

— Никто не должен причинять тебе вред. Если почувствуешь, что ты в опасности, я хочу, чтобы ты немедленно звонил мне. Не в полицию. Я смогу добраться быстрее и причинить гораздо больше боли.

Я сделал себе мысленную заметку дать ему свой номер, прежде чем он уйдет.

— Говоришь совсем как Декс.

— Он еще один человек, с которым шутки плохи.

— Проблемы можно решать и без насилия.

— Можно, но, насколько я понимаю, он причинил тебе боль. Он должен за это заплатить.

Он шагнул ближе, поднимая вторую руку, чтобы заключить мою ладонь между своими.

— Джордан, — прошептал он, на мгновение опустив взгляд на мои губы, прежде чем снова посмотреть в глаза. — Он в моем прошлом, и мне нужно, чтобы он там и оставался. Пожалуйста.

Я кивнул, хотя ничего не пообещал. Я выясню, что это за человек, запомню, как он выглядит, и если увижу его на улице, то прикажу Альберту переехать его к чертям на моем «Maserati». Это если я сам буду в машине. Если нет, то у меня припасена для него пуля.

12. Хартли

Вот что я получил за то, что позволил Джордану подольше остаться у меня. За то, что предложил ему чай и сказал, что он мне интересен. Я подхватил его чертову простуду. И теперь мне приходилось везти первый костюм к нему в здание, чувствуя себя просто хреново.

Я упорно трудился, чтобы закончить его, но затем болезнь взяла свое, и каждое действие давалось с огромным трудом. Теперь все было готово. Оставалось только доставить его, и тогда я смогу залезть в постель в своей спальне, где более-менее прилично грело отопление. По крайней мере, я не замерзну. Если бы только из окон так не сквозило и было побольше утеплителя. Но нищим выбирать не приходится. Со временем я выберусь отсюда и перееду в место не хуже того, что у меня было раньше. Мне просто нужно продолжать напоминать себе, что все это ради благой цели, чтобы мне не пришлось расставаться с домом моего дедушки.

Я аккуратно уложил костюм в чехол для одежды и застегнул молнию, следя за тем, чтобы он не помялся. Из-за того, как сильно я был болен, даже такое простое задание казалось сложнее обычного. Нос был заложен, горло болело, а когда я кашлял, эта боль только усиливалась.

Машина, которую я заказал, уже подъехала, поэтому я осторожно поднял костюм и взял ключи. Телефон и кошелек уже лежали в карманах. Холодный воздух обжег меня, стоило выйти на улицу, и куртка почти не защищала от холода. Хотя сидела она на мне отлично. Но этого было мало, чтобы бороться с ветром, который сейчас дул по всему городу. К счастью, мне нужно было дойти только от двери до машины.

Оказавшись внутри, я положил костюм на сиденье рядом с собой, следя за тем, чтобы он не коснулся пола. И плевать, что он был в чехле. Это предназначалось для Джордана, и будь я проклят, если с костюмом что-то случится до того, как он попадет к нему.

Утром я отправил сообщение с вопросом, будет ли он дома, чтобы я мог завезти заказ. Он ответил, что будет. Я думал, он предложит прислать за ним кого-нибудь из своих людей. С другой стороны, во всем, что касалось Джордана, требовалось личное участие, включая мою руку на нем. Возможно, только возможно, он хотел увидеть меня снова.