Но, вопреки моим ожиданиям, шутить особо не стал, а даже повёл себя благородно, не отказался нам помочь, чтобы отнести благородного дона в его комнаты. Вдвоём с Маттео они подхватили дона Лоренцо, занесли в дом и втащили на второй этаж.

Вот только на этом благородство дона Антонио и закончилось.

Когда я попросила его помочь помыть дона, он искренне возмутился.

— Помыть? — Он вскинул бровь и возмущённо воскликнул. — Ну уж нет, донна Анна, мужиков намывать я не нанимался.

И удалился, оставив нас с перепачканным «инспектором».

Мыть его мне самой было немыслимо, всё же я считалась молодой незамужней девушкой. Я беспомощно оглядела грязного, окровавленного дона Лоренцо.

— Маттео, ну как мы покажем его лекарю в таком виде? Мне его даже на кровать класть жалко.

На кровать под грязного дона мы кинули старое покрывало, которое не жалко было и выбросить.

И в итоге мы сошлись на разумном разделении труда, Маттео носил воду, а мы вместе с Терезой обтёрли дона тряпками, избегая неприличных мест.

За лекарем я отправила Маттео, но, посоветовавшись с Терезой, попросила привезти не того доктора, которого к Анне приглашала донна Беатрис, а деревенского.

Про него говорили, что он в соседней деревне простой народ лечит, и на все руки мастер. Он и людей лечит, и скотину, и берёт недорого.

— Так тот-то, столичный, получше будет, — удивился Маттео.

— Вот пусть и лечит тех, кто получше. А нам деревенского.

Дело было вовсе не в деньгах — за помощь дону Лоренцо я бы расплатилась, не поскупившись. Дело было в том, что лекарю, которого донна Беатрис приглашала к Анне, я не доверяла.

Деревенский лекарь прибыл ближе к вечеру и первым делом основательно устроился в общем зале. Оказалось, Маттео пообещал ему обед, и София уже метнулась на кухню, но я её перехватила.

— Синьор, у нас там наверху дон в плачевном состоянии. Давайте так, сперва дело, а обед после.

— Ну хоть стаканчик-то поднесёте? — Лекарь глянул на меня глазами, в которых уже пара стаканчиков отметилась.

— Сначала дело, потом стаканчик. — строго произнесла я, уперев руки в боки.

Он покосился на Маттео, будто ища сочувствия, но тот только развёл руками:

— Хозяйку с решения не сдвинуть, синьор Пиньолли.

Лекарь вздохнул, крякнул и пошёл наверх.

А навстречу ему по лестнице как раз спускался дон Антонио.

Я не сразу поняла, что произошло. Просто заметила, как лекарь на мгновение замер и вздрогнул, словно налетел на невидимую стену. Дон Антонио же, словно и не увидев его вовсе, скользнул мимо, сбежал вниз и вышел из трактира.

«Верно, по своим делам направился», — подумала я.

Лекарь обернулся. И посмотрел на меня так странно, я бы даже сказала, подозрительно, так, что мне сделалось не по себе.

— Что-то не так, синьор Пиньолли? — спросила я.

— Кто это был? — спросил лекарь, кивая в сторону исчезнувшего дона Антонио.

— Это наш постоялец, дон Антонио. Вы его знаете?

— Дон Антонио, значит. — Лекарь нахмурился, пожевал губами. И вдруг мотнул головой: — А нет, никакого дона Антонио я не знаю.

И, больше ничего не говоря, пошёл дальше наверх.

Мне и показалось это странным, но у меня было много других поводов переживать, и я выбросила это из головы.

Дон Лоренцо полулежал на подушках, он был бледен, но в сознании. После осмотра лекарь подтвердил, что у дона Лоренцо сломано несколько рёбер.

— Рёбра сломаны, — лекарь загнул несколько пальцев, — три, а то и четыре. Рана на голове скверная, но это всё, — он неожиданно бодро прихлопнул ладонью по колену, — заживёт, дон молодой, крепкий, через пару недель будет как новенький.

Я выдохнула от облегчения.

— Дон Лоренцо, всё будет хорошо, — радостно сообщила я мужчине, удивившись отсутствию эмоций на суровом лице.

Лекаря вместе с Маттео отправила вниз, чтобы его там покормили, а сама осталась, чтобы расспросить дона Лоренцо о том, что с ним произошло.

Услышав мой вопрос, дон Лоренцо долго молчал.

А когда, наконец, заговорил, то оказалось, что он не помнит.

— Я… — Он облизнул сухие губы. — Я не знаю, что произошло, синьорина.

Мне это показалось странным, и я спросила:

— А меня вы узнаёте, дон Лоренцо?

Но дон не узнавал ни меня, ни Маттео.

Он не помнил даже собственного имени.

Дорогие мои!

Принесла на знакомство следующую книгу из нашего литмоба

Развод в 45. Поместье опальной фаворитки

Арина Теплова

Глава 24

— А вы помните, зачем сюда приезжали? — осторожно спросила я несчастного дона. — Узнаёте хоть какие-нибудь свои вещи? Вы сняли у меня в локанде комнату и сказали, что через несколько дней вернётесь.

— Нет, донна, не помню, — дон Лоренцо смотрел на меня растерянно, и, похоже, что и правда ничего не помнил. —Подскажете, донна, как к вам обращаться?

— Зовите донна Анна, — я решила, оставаться донной, хозяйка я или кто?

— Донна Анна, а вы могли бы пригласить вашего супруга? — зачем-то попросил дон Лоренцо.