Им нужен был зал № 2. TGV на Ниццу через Марсель стоял у платформы 13 и отправлялся через час. Хогарт шёл за дамой, толкавшей перед собой тележку с тремя большими чемоданами. У него самого был только чемодан, у Хлои — спортивная сумка.

Хлоя обогнала женщину.

— Первый класс в самом начале.

Они двинулись к голове состава, который вытянутым обтекаемым носом походил на ракету. Их вагон оказался сразу за рестораном. Дождавшись, пока разъедется автоматическая стеклянная дверь, они прошли по коридору и отыскали своё купе. Оно было в конце вагона — просторное, пахло кожей и свежевычищенным ковролином. Хлоя забронировала бизнес-купе на двоих: быстрый Wi-Fi, рабочее место с выходом в интернет и раскладные кресла, которые откидывались почти горизонтально.

— Если отдадите мне счёт за билеты и брони, я включу это в командировочные, — между делом предложил Хогарт, доставая из чемодана ноутбук и забрасывая саму поклажу наверх, на багажную полку.

— За мой счёт. — Хлоя улыбнулась.

Хогарт убедился, что в купе никто не заглядывает. Потом повесил пиджак на крючок у окна, снял кобуру и сунул её в чемодан, сверху.

— А почему?

— Потому что вы меня сопровождаете. К этой загадочной даме я бы поехала так и так. И потом, отель в Гавре оплатили вы.

Тоже верно.

— Спасибо, — только и сказал он, не подав виду.

Не вышло! Дай Хлоя ему чеки, он увидел бы, на какое имя сделана бронь. Но они так и остались в её бумажнике.

Два часа спустя TGV давно оставил позади Париж с его бесчисленными южными пригородами и по расписанию мчался сквозь ночь на полном ходу. Хогарт сидел один в вагоне-ресторане за столиком у окна, а утонувший во тьме пейзаж смутными тенями проносился мимо. За стойкой официант разгружал посудомойку.

Хогарт пил третий крепкий мокко. К еде он не притронулся. Не хотелось, хотя в животе урчало. Съешь он сейчас хоть что-нибудь, пусть даже запаянное в фольгу печенье к кофе, — желудок взбунтовался бы, до того ему было паршиво.

Чутьё подсказывало: нити дела понемногу сходятся, и разгадка всё ближе. Он думал о Татьяне и Элизабет. Но прежде всего — о брате Курте, об упрёках, которые предстояло выслушать, и о совести, что будет грызть его до конца дней, если не удастся вернуть Татьяну в Вену целой и невредимой.

Перед ним светился экран ноутбука, переутомлённые глаза уже жгло. Стоило TGV влететь в тоннель, как Wi-Fi пропадал, но тут же возвращался. Впрочем, поиски всё равно ничего не дали. Об Аделе Горгович-Медунян не нашлось ни строчки.

«Старинный род с длинной восточноевропейской родословной, живёт в Париже больше двух столетий». Кому он рассказывает! И что это опять была за байка? К счастью, Хлоя выведала, где живёт эта особа. На рассвете он наведается к ней в дом. Она подослала к нему в отель двух громил и потребовала найти костяную иглу или раздобыть для неё семь миллионов от Гранквиста — которым, впрочем, была она сама.

Через несколько часов гора наконец придёт к Магомету. Невыспавшаяся гора, с пистолетом, в котором всего двенадцать патронов. Зато он нашёл эту дурацкую иглу, которую она требовала вернуть. Скорее всего, именно это и пыталась предотвратить Элизабет, сунув ему тогда штуковину. Но вместо того, чтобы спрятать иглу понадёжнее, он вёз её обратно — да ещё прямиком на Лазурный Берег.

Где тут верное решение?

Увидев сквозь дверное стекло, как Хлоя приближается по коридору к ресторану, он захлопнул ноутбук. Она шла пританцовывая, придерживаясь за стену. Дверь с шипением отъехала, и Хлоя вошла. Официант было начал что-то говорить по-французски, но она отмахнулась. Видимо, объяснила, что в такой час всё равно ничего есть и пить не станет.

Подойдя, она хлопнула ладонью по заднему карману чёрных джинсов.

— Сходила к начальнику поезда в голову состава, выторговала у него пачку сигарет, — сообщила она.

— Вы курите?

— Вообще-то бросила, но сейчас немного сдают нервы — я ведь не ждала всего этого, когда возвращалась в Париж… Версаль, Гавр, а теперь ещё и Лазурный Берег.

— Да, за эти несколько дней много всего навалилось, — вздохнул он.

Она кивнула на ноутбук.

— Нашли что-нибудь?

Он покачал головой и понизил голос.

— Что ваша парижская знакомая знает о Горгович-Медунян?

Хлоя подсела к нему и перегнулась через столик.

— Немного… она из старой знати — венгерской, чешской или румынской… что-то в этом роде. Семья перебралась во Францию больше двухсот лет назад.

— На что она живёт?

Хлоя пожала плечами.

— Понятия не имею. Наверное, сдаёт земли в аренду… или распродаёт что-нибудь из своей коллекции.

— Во всяком случае, денег ей хватает, чтобы нанимать громил и посылать их в Париж блюсти свои интересы. — Он вытащил из кармана чёрную визитку с кроваво-красными буквами и положил перед собой на стол.

Хлоя уставилась на карточку.

— Откуда она у вас?

— Я же говорю… её громилы навестили меня в отеле и настоятельно посоветовали найти Элизабет и костяную иглу.