Её голос пробрал Хогарта до костей. Он рванулся в путах, попытался выломать стул из креплений. Но тот был привинчен к полу намертво — Хогарт только содрал в кровь запястья. А Татьяна всё кричала в панике. Пока Давид удерживал девочку, Жером подхватил Элизабет и понёс вверх по лестнице.

О боже! Слёзы текли у Хогарта по щекам. Мышцы обмякли.

— Эме, прошу вас, не надо! — взмолился он. Никогда в жизни он не чувствовал себя таким жалким. Сейчас он отдал бы что угодно, лишь бы прекратить этот кошмар. — Не надо, прошу! — взвыл он. — Мы найдём другой выход.

— Это и есть выход, — невозмутимо сказала Эме и кивнула Жерому, уже стоявшему наверху лестницы.

Хогарт мог лишь беспомощно смотреть, как тот медленно опускает тело Элизабет в бассейн ногами вперёд, следя, чтобы кислота не брызнула ему на руки. Давид держал Татьяну железной хваткой, не давая ей отвернуться. Распахнув глаза во всю ширь, девочка кричала так, что, казалось, вот-вот вырвется душа.

— Закрой глаза! — успел крикнуть Хогарт, а потом оцепенел в тупом отчаянии. Он лишь надеялся, что в эти последние минуты жизни Элизабет уже не придёт в сознание.

По помещению расползалась чудовищная ядовитая вонь.

Хогарту почудился придушенный крик, а через миг тело Элизабет окончательно скрылось в кислоте.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 67

Вообще-то им полагалось приземлиться поздним вечером в Ницце, где их должна была ждать машина уголовной полиции, но уже в полёте дирекция перенаправила их в Монако.

— Почему мы не садимся здесь? — крикнул Раст в микрофон гарнитуры и показал вниз. В нескольких сотнях метров под ними лежал порт Ниццы — Раст узнал его по характерно изогнутой бухте с яхтами, теснившимися вдоль причалов.

— Нам выдали разрешение на пролёт и посадку в Монако, — раздался в наушниках голос Сабатье.

Он покосился на Кольшмида — тот тоже был в наушниках и слушал разговор. Бледный, вцепившись одной рукой в поручень над головой, на миг закрыл глаза и глубоко вздохнул. Губы плотно сжаты. После долгого ожидания, тянувшегося весь день, два часа назад они наконец вылетели из Парижа — и с тех пор Кольшмид не произнёс ни слова.

Раст мысленно ухмыльнулся. Кольшмид никогда прежде не летал на вертолёте — и надо же было в первый раз нарваться на такой, что разгонялся, как турбина, и заваливался боком на ветер. Иные манёвры были испытанием даже для Раста, а ведь он в молодости получил права пилота лёгкомоторной авиации, пусть и не садился за штурвал уже много лет.

Значит, Монако!

И это Кольшмид как-нибудь переживёт. Да, лёту это добавляло минут пять, не больше, зато избавляло их от долгой дороги по извилистому прибрежному шоссе.

— Оттуда мы быстрее доберёмся до Лубе-сюр-Мер, — пояснила Сабатье. — В Монако нас уже ждёт полиция с машиной.

Раст заметил, как Кольшмид облегчённо выдохнул. Видно, его утешала мысль, что скоро под ногами снова будет твёрдая земля. На обратном пути в Париж он наверняка сядет на поезд — пусть даже на узкой полке багажного вагона.

— Ваши коллеги уже связались с семьёй Медян-Гович? — спросил Раст.

Сабатье покачала головой.

— Визит должен стать сюрпризом. Не хотим спугнуть ослов раньше времени.

Поговорки у неё были скорее самодельные, но смысл Раст уловил.

— А если они тем временем…

Сабатье отмахнулась.

— Мы выставили человека у самого участка. Пока всё тихо. Не волнуйтесь. Он даст знать, как только там начнётся что-то подозрительное.

Не волнуйтесь! Легко сказать.

Через четыре минуты они достигли княжества Монако. Пилот сбросил скорость и завис над посадочной площадкой большого современного здания. Раст глянул вниз. По пандусу как раз с грохотом скатилась карета скорой помощи и нырнула в подземный гараж.

— Госпиталь принцессы Грейс, — пояснила Сабатье.

Пилот сказал что-то в гарнитуру, на площадке вспыхнули посадочные огни, и они пошли на снижение. Едва вертолёт коснулся земли, Кольшмид отстегнул ремни. На лбу у него выступил пот.

— Ну вот, почти добрались, — успокоил его Раст. Лучше было бы оставить его в Париже. Но теперь уже поздно. Раст услышал, как замедляются лопасти, и снял наушники.

— Ещё минуту, — попросила Сабатье.

К ним бежал полицейский в форме. Пилот отдал команду через наушники, и Сабатье открыла дверцу. Они выбрались наружу один за другим. Раста тут же обдало ветром от винтов, в нос ударил запах солёной воды близкого моря. Да и климат был не парижский — теплее, почти тропический. Вытянув шею, Раст даже различил верхушки мачт у судов, стоявших в бухтах.

— За мной! — Сабатье шла впереди, на ходу торопливо что-то втолковывая встретившему их человеку. Они вышли к стеклянному лифту — кабина была такой просторной, что в ней разом уместилось бы несколько больничных коек. Спустились вниз. В ушах у Раста ещё стоял глухой гул после полёта, но слова полицейского в форме он разобрал.

— Это кто такие? — Тот смерил взглядом его и Кольшмида.