— Нам нужно поговорить и с Банандом, — настояла я, заметив, как его рука зависла возле поясницы Аракуэль, пока он сопровождал её внутрь.

— Зачем? — тихо спросил Рокат, опираясь предплечьем о подоконник и переводя взгляд на эту пару.

Мне ненавистно было понимать ценность любви. Привязанности. Ненавистно было даже рассматривать возможность использовать это. Но если это означало, что мои друзья выживут, что выживет раса Демонов, я воспользуюсь этим. Война была игрой. Слабые играли осторожно и честно. То, что я собиралась сказать, могло соскользнуть с лезвия в одну из двух сторон — к славе или к измене. Я надеялась, что не ко второй.

— Похоже, за последние месяцы его чувства к Аракуэль стали глубже. Интересно, сможем ли мы обратить это себе на пользу.

Из груди Роката вырвалось низкое рычание.

— Теперь ты действительно начинаешь мыслить как лидер.

Я расцвела от этой похвалы.

— С тех пор как они присоединились к нашим рейдам, они с Зурронаром тоже очень помогли.

— Да, помогли, — согласился Рокат. — После еды и подношения мы найдём их и приведём сюда.

— Для чего? — спросил Рапп, присоединившись к нам у окна.

Кииры нигде не было видно.

Рокат указал туда, где эти двое загоняли Ангелов внутрь казарм.

— Посмотрим, смогут ли они убедить наших пленников помочь нам.

Широкая улыбка растянула лицо Раппа.

— Это блестяще, Рокат.

— Это всё Ассирия, — сказал он своему Хадвезеру.

Гордость отчётливо читалась на его лице, когда его взгляд остановился на мне.

Рапп приподнял бровь, и металлические шипы над ней блеснули в полуденном свете.

— Впечатлён.

Затем он тыльной стороной ладони ударил Роката в живот.

— Я же говорил тебе, что она умная и будет полезна нам с самого начала.

Рокат что-то проворчал себе под нос, вызвав у Раппа громкий лающий смех.

— Ты вообще собираешься повысить их? — спросила я, указывая на Бананда и Зурронара.

У обоих была мощная магия, и, в конце концов, нам не хватало нескольких Паранксоков после огромных потерь, когда Рокат выбрал меня вместо своих солдат.

— Не вижу причин этого не делать. Сейчас ничуть не худшее время, чем любое другое, — пожал плечами Рапп, прислоняясь плечом к отполированному стеклу.

— Технически мы заменили их, когда считали, что они оба мертвы. Так что раньше они уже были офицерами. Хотя Зурронар был всего лишь Везэто, — заметил Рокат.

— У нас полно свободных мест, которые нужно заполнить, — возразил Рапп. — То, что сейчас они ими не являются, не значит, что их нельзя вернуть туда, где им и положено быть. Судя по рассказам Трола, оба взяли на себя ответственность, как только после спасения достаточно оправились, чтобы снова действовать.

Мой истинный молчал долгую минуту. Его брови едва заметно сошлись, пока он перебирал в уме все возможности и вероятности.

— Мы предложим им шанс заслужить новые титулы после того, как поговорим с ними. Посмотрим, захотят ли они принять этот вызов.

Я закатила глаза. Рокат свято верил в необходимость доказывать собственную ценность, и если кто-то из них сможет склонить Ангелов на нашу сторону, то они определённо заслужат звание Паранксока.

— Мне нужно поспать до обеда. Слишком много ранних подъёмов после слишком большого количества поздних ночей, — зевнул Рапп, и от этого движения его челюсть едва не вывихнулась.

Усталость тянула и меня.

— Не могу с этим спорить. К тому же, если мы снова собираемся выйти сегодня ночью, — я посмотрела на своего истинного, и он подтвердил это кивком, — то мне определённо нужно поспать, чтобы восстановить магию.

— Тогда пойдём. За нами придут, когда будет время есть, — сказал Рокат.

Развернувшись к выходу из комнаты, он добавил:

— Вижу, Киира уже на шаг впереди нас.

Рапп усмехнулся, когда мы снова вышли в небольшой офицерский коридор.

— Да. Она знает, что послезавтра нас ждёт долгая дорога.

Рокат резко остановился, и его сапоги скрипнули по недавно вымытому полу. У меня перехватило дыхание.

— Она едет с тобой?

Его голос звучал гораздо более сдержанно, чем можно было ожидать, учитывая бурю эмоций, полыхавшую в нашей Связи истинной пары.

Рапп осознал свою ошибку мгновением позже. Киира не хотела, чтобы он говорил что-либо Рокату до самого момента их отъезда. И я, верная своему слову, не обмолвилась своему истинному ни единым словом об их зарождающихся отношениях. Впрочем, сама Киира тоже не особенно откровенничала, так что я не могла говорить ни о чём, кроме их взаимной привязанности.

— Что, думаешь, я не способен её защитить? — спросил Рапп.

В его голосе прозвучал вызов, резко контрастирующий с внешне нейтральной позой.

— После того, что с ней произошло? — процедил Рокат. — Единственный, кто способен её защитить, — это я.

Его ногти впились в ладони.

Рапп презрительно фыркнул.

— И всё же не ты оторвал Оллмунду Варриру яйца.

Рокат сделал угрожающий шаг к своему Хадвезеру.

— И не ты.