Я чувствую себя свободной, и возможность уехать подальше от Дарсии хотя бы на несколько дней кажется настоящим подарком.

Я избегала её, и, похоже, она тоже избегала меня. Я видела её избитой и грязной после наказания Рохана, как и Бо, но держалась от них подальше.

Я всё ещё не набралась смелости рассказать Рохану, откуда у меня эти раны, полученные в ночь снежной бури. Я боялась, что он выгонит меня. Однажды вечером я попыталась. Он заплетал мне волосы, а я листала книгу, которую он мне дал, рассматривая картинки. Но, открыв рот, так и не смогла заговорить.

Горло словно сдавило, а в ушах зазвенело.

Никто никогда не заботился обо мне так, как заботится он, и эгоистичная часть меня не хочет, чтобы это заканчивалось. Мне кажется, стоит рассказать ему правду, и всё исчезнет.

Рохан почувствовал, что со мной что-то не так, и спросил, в чём дело, но я сумела уйти от расспросов, переведя разговор на Игры в Анклаве.

Рохан прижимает меня к себе, устроив подбородок у меня на плече, пока мы неспешно летим. Рядом с ним мне на удивление спокойно и легко, поэтому я широко раскидываю руки навстречу ветру, позволяя ему унести тяжёлые мысли.

— Что ты делаешь? — Его хриплый голос звучит совсем рядом.

Если задуматься, с той ночи, когда он велел мне уйти, он почти всё время держится рядом, словно ищет любой повод прикоснуться ко мне.

Я прижимаюсь к шее Дрогонаха, смотрю вниз на замёрзшее озеро и невольно думаю, когда лёд наконец начнёт таять.

— Лечу, — улыбаюсь я.

Он тихо хмыкает, не убирая рук с моей талии. Через мгновение легко поднимает меня и ставит на ноги.

— Ах!

Я вскрикиваю. На миг меня сковывает страх, но Рохан крепко держит меня за бёдра, стоя позади, и я знаю: он не даст мне упасть.

Вот что такое доверие.

Улыбка сама растягивает губы, так широко, что начинают болеть щёки, и я снова раскидываю руки навстречу ветру.

— Это потрясающе! — кричу я, смеясь. Никогда ещё я не чувствовала такой лёгкости.

Дрогонах рычит и сильнее взмахивает крыльями, но летит всё так же ровно.

— Правда потрясающе? — спрашивает Рохан, обнимая меня.

— Да. Мы ведь очень высоко?

— Очень. Лучше, чтобы нас никто не видел. Облака нас прикроют.

Едва он договаривает, как мы влетаем в облако и легко проходим сквозь него.

— Ну что, Маленькая Шептунья, готова проявить смелость?

Готова ли?

Я окидываю взглядом бескрайний горизонт: горы, лес у их подножия, облака над нами и восходящее солнце.

— Мне будет больно? Если соглашусь?

— Никогда, — твёрдо отвечает он. — Пока я рядом.

Я глубоко вдыхаю.

— Тогда да…

— А-а-а!

Мой крик тонет в свисте ветра, когда Рохан сталкивает меня со спины Дрогонаха.

Я лечу вниз. Волосы треплет ветер, Дрогонах стремительно удаляется, а воздух с такой силой бьёт в лицо, что перехватывает дыхание. Руки и ноги сами раскидываются в стороны, а меня захлёстывают ужас и восторг.

Неужели так я и умру?

Разобьюсь о лёд?

Или буду падать вечно?

Я закрываю глаза, отдаваясь своей судьбе. Может быть, потеряю сознание раньше, чем долечу до земли…

Внезапно меня накрывает огромная тень. Я распахиваю глаза и понимаю, что оказалась внутри огромной драконьей лапы.

— Ох…

Тело вздрагивает, когда лапа Дрогонаха смыкается вокруг меня. Я судорожно хватаю ртом воздух, одной рукой цепляясь за неё, другой прижимая ладонь к груди.

— Ты безумец, — шепчу я Рохану, хотя знаю, что он меня не слышит. — Эльванан… спаси меня…

Всхлипывая, я смотрю вниз. Озеро теперь совсем рядом, и вдруг начинаю смеяться.

То ли от страха, то ли от восторга. Я опускаю руку и позволяю кончикам пальцев коснуться льда.

Он такой холодный.

И такой гладкий.

— Нравится?

Я резко вскидываю голову. Рохан уже пробирается внутрь сомкнутой лапы.

Как он вообще сюда попал?

— Я могла умереть.

Он опускается рядом на корточки, и его взгляд становится серьёзным.

— Я бы никогда этого не допустил.

Он убирает прядь волос мне за ухо, не сводя с меня глаз.

— Тебе понравилось?

— Падать?

— Да.

Сердце колотится как бешеное, по всему телу бегут мурашки.

Но я жива. По-настоящему жива.

— Да, — тихо смеюсь я. — Понравилось.

Он ухмыляется и притягивает меня к себе.

— Тогда держись.

— Что?

— Дрогонах, вверх!

Нас слегка встряхивает, а потом прижимает к внутренней стороне лапы, когда Дрогонах стремительно взмывает вверх. Я смотрю вниз, крепко вцепившись в плечи Рохана, и озеро быстро остаётся далеко внизу.

— Что мы делаем? — кричу я сквозь рёв ветра.

— Возвращаемся ему на спину.

— Что? Как?

— Сейчас увидишь.

Он ухмыляется, и впервые я вижу его таким… расслабленным.

Он просто наслаждается происходящим. Вот откуда на его лице эта беззаботная улыбка, которая мне так нравится.