На погребенных углях (ЛП)

( На погребенных углях - 1 ) КеллиКоув

Всю жизнь она была рабыней и давно перестала надеяться на свободу. Но вместо смерти судьба сталкивает ее с Роханом — Драконосвязанным, предводителем клана Черной Чешуи. Он предлагает ей сделку: помочь ему в обмен на шанс обрести свободу.

Впервые в жизни ей приходится учиться жить, а не просто выживать. Среди суровых обычаев северных кланов, недоверия и древних секретов их вынужденный союз постепенно меняет их обоих. Но чем ближе они подбираются к истине, тем опаснее оказываются тайны, способные изменить их судьбы.

«На погребённых углях» — мрачное романтическое фэнтези о драконах, суровых северных кланах и героях, которым предстоит решить, чему доверять: долгу, мести или собственному сердцу.

 

 

На Погребённых Углях

 

Келли Коув

 

МГГ — альфа-мудак, способный на настоящую жестокость.

ЖГГ — добрая и ранимая, но с невероятно сильным внутренним стержнем.

В мире драгори мужчины и женщины равны, и относятся к ним одинаково.

Предупреждения о возможных триггерах размещены только на моём сайте и распространяются на все мои нынешние и будущие книги.

Пожалуйста, берегите своё психическое здоровье. Если для вас важны предупреждения о потенциально тяжёлых темах, ознакомьтесь с ними заранее.

Эта серия предназначена только для читателей старше 18 лет. В ней есть сцены и темы, которые могут оказаться тяжёлыми или вызвать триггерную реакцию. Это тёмное фэнтези с романтической линией, построенной вокруг пленения. Мир этой истории жесток, и его обитатели ничуть не добрее.

 

 

— Ты готова заключить сделку?

 

 

Тем, кто носит в себе тлеющие угли.

 

Сегодня я умру.

Я знала это с той самой минуты, как меня вывели на улицу.

— Пошевеливайся, эльфийское отродье!

Сильный толчок в спину сбивает меня с ног. Я падаю, выставив вперёд руки, и кожа на ладонях тут же сдирается о промёрзший камень. Из груди вырывается сдавленный всхлип. Я жадно втягиваю ледяной воздух, и дыхание белым паром тает перед глазами.

В следующую секунду кто-то грубо хватает меня за спутанные волосы и рывком ставит на колени. Я вскрикиваю и отчаянно царапаю стражника окровавленными пальцами, пытаясь высвободиться, но он едва замечает мои жалкие попытки сопротивляться.

— Вставай, — рявкает он. — Тебя уже ждёт Яма.

От этих слов кровь стынет в жилах.

О Яме я слышала всю свою жизнь. Туда сбрасывали тех, от кого хотели избавиться. Зимой внизу рыскали твари, пожиравшие всё живое, а потом исчезали вместе с телами. Никто ничего не спрашивал. Нет свидетелей, значит не было и преступления.

— Пожалуйста… — едва слышно шепчу я, чувствуя, как перед глазами всё расплывается. — Это ошибка.

Стражник коротко и зло смеётся.

— Ошибка? Твой Хозяин ясно дал понять, что ты ему больше не нужна. Ты больше не приносишь денег, а теперь ещё и вздумала его обворовать. Дура.

— Это неправда!

Всего неделю назад какой-то человек заплатил ему, чтобы он высек меня плетью. Раны на спине и бёдрах почти затянулись, но боль до сих пор не отпускает.

— Правда, — огрызается он. — Будь моя воля, я бы сплавил тебя трактирщику из таверны «Старый Ручей». Да только потом меня самого прикончат, если узнают, что я тебя отпустил. Никто не станет укрывать эльфийку. Тем более такую бесполезную.

Бесполезную.

Это слово не перестаёт звучать у меня в голове, пока он тащит меня к Яме. С виду она похожа на вход в пещеру, но я знаю, что дальше начинается крутой спуск, ведущий в темноту, откуда никто ещё не возвращался. Интересно, сколько костей лежит там, внизу?

— Быстрее! — рычит стражник, так сильно сжимая моё плечо, что пальцы впиваются в кожу. — Нас не должны увидеть.

— Пожалуйста… — снова прошу я, едва переводя дыхание. От паники перехватывает горло. — Я ничего не сделала.

Я не хочу возвращаться к Хозяину. Но ещё меньше хочу умереть. И не могу оставить Эффи одну.

— Ты украла у него хлеб, грязная эльфийская воровка, — с презрением бросает стражник. — Должна была помнить своё место. Он от тебя устал.

Я дёргаюсь, пытаясь вырваться, когда мы подходим к самому краю. Хозяин был жесток, но то, что ждёт меня внизу, гораздо страшнее.

— Нет… пожалуйста…

По щекам текут слёзы. Ледяной ветер бросает мне в лицо медные пряди волос, и вместе с ним начинают кружиться первые снежинки.

— Только не шуми там, внизу, — усмехается стражник, разворачивая меня лицом к себе. Его кривые жёлтые зубы обнажаются в мерзкой ухмылке. — Зимой они особенно голодны.