Мы останавливаемся перед Дрогонахом. Он лениво приоткрывает глаза — один белёсый, ослепший, другой ярко-фиолетовый. Фиолетовый глаз сразу останавливается на мне, и дракон негромко рычит.

— Тише, — одёргивает его Рохан, поглаживая по морде. — Она не может причинить тебе вред.

Обычно такие слова задели бы меня, но он прав.

— Наверное, ты гадаешь, зачем я всё это тебе рассказываю, — говорит он, проводя рукой по морде Дрогонаха. Из его ноздрей вырываются тонкие струйки дыма.

— Да.

— Ты шпионка?

Я качаю головой.

— Нет. Я с детства была рабыней. — Я касаюсь ошейника, и он понимающе кивает.

— Причин, по которым я забрал тебя, несколько. Одна из них в том, что ты, возможно, сможешь выяснить, как похищают яйца.

— Я? — Я ошеломлённо смотрю на него. Он серьёзно? Что я вообще могу сделать?

Он снова поворачивается к Дрогонаху и проводит ладонью по рогу, загибающемуся назад от его лба. Под ним едва заметно дёргаются уши дракона.

— Эльфы умеют разговаривать с животными. Когда я был моложе, однажды видел это на границе. Эльф разговаривал с лосем.

Я уже качаю головой.

— Но я никогда не умела этого делать. Рядом не было никого, кто мог бы меня научить. — Я беспомощно развожу руками. — У меня никого не было.

— Я это понял из того, что ты мне рассказала.

— Значит… я бесполезна.

Значит, он меня убьёт.

Какая-то часть меня неожиданно чувствует облегчение при этой мысли.

Он слегка склоняет голову.

— Бесполезна? — тихо повторяет он.

Я сглатываю и отвожу взгляд. Всё, что досталось мне от эльфийской крови, принесло лишь побои да ошейник на шее.

В Подземелье были и другие рабы, но эльфов там почти не встретишь. Я была одной из немногих, и у каждого из нас была своя роль.

Но ни одна из моих способностей не поможет ему.

Я машинально тянусь к ошейнику, и по пещере прокатывается низкий рык. Я вскидываю голову, переводя взгляд с Рохана на Дрогонаха, не понимая, кто из них зарычал.

— Даже если я не бесполезна… ты хочешь, чтобы я заговорила с драконом? Я никогда даже не слышала о таком. Я ведь даже не знаю, как это сделать. — Последние слова срываются с губ почти в панике.

— Никто раньше такого не делал. Но это не значит, что это невозможно. Драконы ничем не отличаются от других живых существ.

— И если… если каким-то чудом я смогу их понимать?

Он поднимает с земли лежащий рядом с Дрогонахом камень. В его ладони тот кажется маленьким, хотя мне пришлось бы держать его двумя руками.

— Если ты сможешь говорить с ними, то, возможно, сможешь разговаривать и с драконами других Драконосвязанных. Узнать что-нибудь от них. Тогда я пойму, замешан ли кто-то из Драконосвязанных в пропаже яиц и убийстве их матерей. Их драконам это не понравится, но связь между ними не позволит им убить своего Драконосвязанного.

Зато это сможет сделать кто-то другой.

В этом был смысл. Если среди них действительно есть предатель, Рохан сможет узнать об этом и избавиться от него. Тогда яйца снова будут в безопасности.

Но…

— Что, если я солгу тебе?

Я сама не понимаю, откуда во мне взялась эта смелость. Раньше я никогда не осмелилась бы произнести такое вслух. Но сейчас… сейчас я ему нужна. По крайней мере, пока. А значит, у меня будет время найти дорогу обратно к Эффи.

В пещере повисает тишина. Воздух словно становится горячее, а Дрогонах рычит, будто чувствует гнев своего Драконосвязанного.

Рохан резко поворачивается ко мне. Его взгляд становится холодным и смертоносным. Я невольно отступаю, но он хватает меня за подбородок, не давая сделать ещё шаг.

— Если ты солжёшь мне, я покажу тебе ярость, на которую способен только Драконосвязанный. Думаешь, твоя жизнь была ужасной? Думаешь, хуже уже быть не может? — Я судорожно сглатываю. — Может. Гораздо хуже всего, что тебе пришлось пережить у Хозяина или в Яме.

В этот миг я впервые вижу в его глазах ту жестокость, которой так боятся дракориев. И понимаю — он не угрожает. Он предупреждает.

Он отпускает мой подбородок, и уголок его губ кривится в усмешке.

— Я рискую, доверяя тебе, но у меня заканчиваются и время, и возможности. Так скажи мне, чего ты хочешь взамен?

Я растерянно хмурюсь, потирая подбородок. Он не сделал мне больно, но кожа всё ещё покалывает.

— Я могу вернуть тебя в земли эльфов.

От удивления я лишь моргаю. Мне это даже не приходило в голову.

Я могла бы найти свою семью.

— Ты правда это сделаешь? — осторожно спрашиваю я, потирая ладони. Почему-то сейчас я чувствую себя особенно беззащитной.

Он пожимает плечами.

— Когда придёт время. Если ты выполнишь свою часть сделки.

Это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Но…

— Эффи.

Он вопросительно смотрит на меня.

— Что?

— Эффи. Она моя… подруга. Если я сделаю это для тебя, забери её у Хозяина.

Он удивлённо приподнимает бровь.

— Вообще-то я мог бы просто приказать тебе сделать это. Ты ведь понимаешь?