Дрогонах недовольно ворчит, но раскрывает пасть и выпускает узкую струю огня прямо на лезвие. Когда металл раскаляется докрасна, но не плавится благодаря вплавленной в него чешуе Дрогонаха, я возвращаюсь в палатку.

— Калиан! Калдар!

Оба появляются почти мгновенно.

— Что случилось? — спрашивает Калдар.

— Мне нужно, чтобы ты её держал.

— Что?

— Держал её крепко.

 

Кто-то крепко держит меня за руки и осторожно поворачивает набок. Я просыпаюсь, не сразу понимая, что происходит.

— Что… — сонно бормочу я.

— Тихо, Эльфийка. Это займёт всего минуту.

Зрение проясняется, и краем глаза я замечаю раскалённое лезвие. Я в панике начинаю вырываться.

Калиан.

Калдар.

— Нет… подождите… пожалуйста! Простите! — отчаянно прошу я, пытаясь вырваться.

Они всё-таки решили меня наказать.

— Тихо.

— Простите… Я больше не буду. — Слова срываются сами собой. — Пожалуйста… не надо… Мне очень жаль. Пожалуйста… не делайте мне больно… Пожалуйста…

— Какого хрена…

— Не знаю.

Я уже захлёбываюсь слезами, всё тело трясётся. Кто-то тихо выругивается. Меня отпускают, а в следующий миг подхватывают и усаживают к кому-то на колени.

— Мне… жаль… — всхлипываю я.

— Тише. Ты ничего плохого не сделала.

— Нет… пожалуйста…

— Эльфийка, успокойся.

— Я ничего не сделала… пожалуйста…

— Эльфийка!

— Что бы я ни сделала, я всё исправлю! Рохан… пожалуйста…

— Эй. Это я. Я здесь.

Он прижимает моё лицо к своей шее.

— Тш-ш… Это всего лишь я.

Рохан.

Я сразу обмякаю, вдыхая его запах. Где-то рядом кто-то ругается, но мне всё равно. Я прижимаюсь к нему так крепко, как только могу. Одной рукой он придерживает меня за затылок, другой крепко обнимает.

Безопасно.

Тепло.

— Рохан… — всхлипываю я.

Его пальцы сильнее сжимаются в моих волосах.

— Я здесь.

Постепенно я начинаю дышать ровнее. Пальцы, судорожно впивавшиеся в его руку, медленно разжимаются.

— Ты в порядке? — тихо спрашивает он, и его дыхание касается моего уха.

Киваю, ещё крепче прижимаясь к нему.

— Посмотри на меня.

Поднимаю голову и встречаюсь с его тёмными глазами.

— Я пытался снять с тебя ошейник.

Замираю. Глаза снова наполняются слезами, а он бережно стирает их большими пальцами.

— Мой топор возьмёт этот металл. Я не причиню тебе боли. Понимаешь? Я долго не решался, но прослежу, чтобы лезвие тебя не коснулось.

— Ошейник? — Невольно касаюсь его.

— Ты ведь хотела его снять?

Смотрю ему в глаза и киваю.

— Да… Я хочу наконец вдохнуть.

По щеке скатывается новая слеза.

— Ох, Эльфийка… Этот ошейник не делает тебя той, кто ты есть, — тихо говорит он и целует меня в лоб.

Закрываю глаза. От этой нежности хочется расплакаться ещё сильнее.

— Мы начнём, когда ты будешь готова. Но сначала скажи, что случилось до того, как тебя принесли сюда.

Вспоминаю Сигрид.

Потом Дарсию.

К горлу подкатывает тошнота.

— Я хочу наконец вдохнуть, Рохан. — Поднимаю взгляд. — Помоги мне дышать.

Он осторожно касается моей щеки и крепче стискивает зубы.

— Помогу. Но ты должна мне довериться. Одно неверное движение — и всё может закончиться плохо.

Молча смотрю на него.

— Посмотри мне в глаза, Эльфийка. Что ты в них видишь?

Он сам когда-то сказал мне: глаза не лгут.

И сейчас я не вижу в них лжи.

— Никакой лжи.

— Никакой, — повторяет он. — Доверься мне. Будь смелой.

Дрожащими губами втягиваю воздух.

— Хорошо.

— Вот и моя смелая Эльфийка.

Меня снова осторожно укладывают. Под ошейник подкладывают сложенную ткань.

— Чтобы защитить кожу, — негромко объясняет Калиан.

Он берёт меня за руку, пока Калдар убирает волосы с моей шеи. Отворачиваю голову.

Тихий всхлип срывается сам собой.

— Только не двигайся, — говорит Рохан.

Его голос успокаивает. Чувствую приближающийся жар.

— Это всё, что от тебя требуется. Хорошо?

— Хорошо, — шепчу я.

Кто-то накрывает половину моего лица влажной тканью. Зажмуриваюсь и крепче сжимаю руку Калиана, когда раскалённое лезвие касается ошейника.

Раздаётся шипение.

Боли нет.

Калдар льёт мне на шею воду. Поднимается пар.

— Постель… — шепчу я. — Она промокнет…

— Да плевать мне на постель, Эльфийка, — рычит Рохан.

— Просто дыши, — тихо говорит Калиан.

— Ещё воды, — бросает Рохан.

— Чуть левее, — подсказывает Калдар.

Снова вода. Снова шипение. Снова пар. Крепче сжимаю руку Калиана.

Ошейник наконец поддаётся.

— Готово.

Меня осторожно усаживают. Кто-то отводит волосы с моей шеи, а Рохан кладёт ладонь мне на горло.